Албанские народные сказки.
ПАСТУХ И МЕДВЕДИЦА.
Жил в деревне пастух, и было у него большое стадо овец. Летом, когда началась жара, погнал он стадо в горы. Там на плоскогорье лежало хорошее пастбище, куда он каждый год приводил своих овец.
Однажды — это случилось через несколько дней после того, как пастух поднялся в горы, — услышал он страшный рев, доносившийся из леса. Когда пастух понял, кто это рычит, сердце у него застучало от страха, как у зайца. Он бросился к ружью, схватил его и приготовился защищаться. Вскоре из леса, хромая и тяжело дыша, вышла огромная медведица. Она грозно рычала, протяжно выла, и пар валил у нее изо рта. Не дожидаясь, пока медведица нападет на него, пастух выстрелил, но рука у него дрогнула, и он промахнулся. А медведица еще больше разъярилась, встала на задние лапы и пошла на него, громадная, как стог сена. Пастуха трясло от страха, в глазах у него потемнело. Он перезарядил ружье, осенил себя крестным знамением и снова приготовился стрелять в зверя, наступавшего прямо на него.
Неожиданно пастух услышал голос, низкий и грубый, что-то ему говоривший. Этот голос чуть не оглушил его, и бедняга подумал, что, наверно, сама смерть произносит ему свой приговор. На мгновение он задержался, прислушиваясь к жуткому голосу, и вдруг разобрал слова:
— Опусти ружье, человечий сын, потому что я хочу тебе что-то сказать.
Это говорила медведица.
Как ни удивился пастух, но испугался он еще больше. Однако делать нечего. Вручил он себя судьбе и стал ждать. Медведица остановилась и молча смотрела на него. Собравшись с духом, пастух произнес:
— Что ты хочешь мне сказать? Чтобы я не стрелял? А сама в это время набросишься и разорвешь меня? Давай объясни все толком, пока я не спалил тебе печень!
Так сказал пастух и снова перекрестился. Но медведица прокричала ему:
— Клянусь честью, я тебя не трону!
Пастух крикнул ей в ответ:
— Какая у тебя может быть честь? Уходи и оставь меня в покое, или я убью тебя, господь мне свидетель!
Медведица проревела:
— И мне господь свидетель, что я не трону тебя. Опусти ружье. У меня есть нужда в тебе. Мне нужно, чтобы ты помог мне, потому что я попала в беду.
Пастух снова крикнул:
— Говори скорей и не приближайся ко мне, иначе, клянусь господом богом, который един для нас всех, я спущу на тебя собак и пробью твой живот пулей!
Медведица сделала два маленьких шага вперед и сказала:
— Здравствуй, человечий сын!
Пастух ответил на ее приветствие:
— Здравствуй, дочь диких зверей!
Медведица спросила:
— Хочешь ты спасти меня от смерти?
Пастух удивился:
— Я? Спасти тебя от смерти? Как же это?
Медведица сказала:
— Несколько дней назад я занозила лапу колючкой и теперь не могу ходить. Мне очень больно, я не в силах больше терпеть эту боль!
Но пастух продолжал не верить ей:
— Ты можешь мне поклясться, что это правда?
Медведица сказала:
— Клянусь господом богом, что не обманываю тебя. На, посмотри.
— Хорошо, а чего же ты хочешь от меня?
— Прошу тебя, вытащи колючку, — простонала медведица, — и я в жизни не забуду тебе это доброе дело. Посмотри, как распухла нога и нагноилась рана.
Пастуху стало жаль ее, и он сказал:
— Ладно, подойди поближе.
Медведица приблизилась, прихрамывая, и протянула ему лапу. Он ее осмотрел, нашел колючку, впившуюся в подошву, ухватил ее, дернул с силой и вытащил. У медведицы от боли слезы брызнули из глаз. Придя немного в себя, она взревела:
— Ты спас меня, добрый человек! Пусть за это и тебя господь спасет от всякого зла и напасти! А я с радостью вознагражу тебя, чем смогу. Скажи только, чего ты от меня хочешь?
Пастух ей ответил:
— Чего я хочу от тебя? Да ничего.
Но медведица настаивала:
— Нет, скажи. Мне очень хочется услужить тебе, доставь мне это удовольствие!
Пастух повторял:
— Ничего я не хочу, ничего.
Медведица немного подумала, потом неожиданно сказала:
— Ты знаешь, чего я от души желаю? Давай станем побратимами!
Пастух удивленно взглянул на нее, рассмеялся и ответил:
— Ты хочешь, чтобы я стал твоим побратимом? А известно ли тебе, что ты зверь, а я человек?
Эти слова очень взволновали медведицу, она смутилась и потупила голову. Потом набралась храбрости и произнесла:
— Ах, друг, это неважно, что я зверь. И меня сотворил господь и дал мне душу и сердце.
Пастух ей ответил:
— Это верно, конечно, но ты же дикая.
Медведица сказала:
— Я не более дикая, чем некоторые люди из твоего рода и племени. Они беспощадно убивают друг друга и причиняют другим людям массу неприятностей.
Пастуху пришло на ум, что ответ медведицы не лишен здравого смысла. Он подумал немного и согласился:
— Ну хорошо, станем побратимами. Пусть это принесет нам удачу и радость.
Так сказал пастух медведице и протянул ей руку. Медведица возликовала и протянула передние лапы, чтобы пожать руку пастуха. Потом она привлекла его к груди и сказала:
— Пусть бог наградит тебя за то, что ты сделал меня своим побратимом.
В тот день пастух и медведица долго беседовали и были очень довольны, что смогли поделиться друг с другом своими делами и заботами. На следующий день медведица сказала пастуху:
— Если хочешь, возвращайся в деревню, живи там все лето, работай в поле, а твое стадо я здесь сохраню.
![ПАСТУХ И МЕДВЕДИЦА. СКАЗКИ О ЖИВОТНЫХ. Албанские народные сказки.](Albanskiye-narodnyye-skazki-47.jpg)
Пастух согласился, что так ему будет лучше, и ушел в деревню, где некому было работать в поле и на бахче и собирать урожай. Он оставался в деревне все лето, а осенью снова поднялся на горное пастбище. Медведица встретила его, и они обнялись по-братски, прижав друг друга к груди. Овцы оказались в полной сохранности, дикие звери не тронули стадо, потому что медведица охраняла его так, словно оно было ее собственным стадом. Пастух сказал ей:
— Теперь я твой должник и обязан отплатить тебе за ту большую службу, которую ты мне сослужила. Надеюсь, я смогу когда-нибудь тебя отблагодарить!
— А по какому делу ты сейчас пришел сюда? — поинтересовалась медведица.
— Я хочу закрыть стан и загон для овец и завтра же утром спуститься со стадом в деревню.
Медведица сказала:
— По мне так можешь оставить овец на всю зиму. Я готова и дальше служить тебе и стеречь их.
Пастух ответил:
— Спасибо тебе, но скоро начнутся дожди и ветры. Овцы замерзнут здесь и погибнут от холода, поэтому я должен отвести их домой.
Весь день медведица и пастух весело болтали и шутили, стараясь скрыть и приглушить тоску, ведь завтра им снова предстояло расставание, а они уже подружились и привязались друг к другу. После обеда, ближе к вечеру, неожиданно поднялся сильный ветер и полил дождь. Пастух загнал всех овец в хижину, чтобы они не промокли и не простудились. Но ему там места уже не нашлось, и, оставшись снаружи, он промок до нитки. Пастух пожаловался медведице:
— Что мне делать сегодня ночью, ума не приложу! Если я буду мокнуть всю ночь на дожде и ветру, то замерзну и заболею.
Медведица ответила:
— Не беспокойся. Я знаю поблизости одну маленькую пещеру, там мы сегодня и переночуем.
— Где же эта пещера? Пойдем скорее туда, я весь продрог, — заторопил ее пастух.
— Пошли. Это здесь, недалеко.
И правда, не прошли они и ста шагов, как медведица показала ему на склоне горы пещеру, но она оказалась такой маленькой, что не вмещала их обоих. Медведица пустила пастуха внутрь, а сама улеглась у входа, подставив бок дождю и ветру. Чтобы нечаянно не придавить пастуха во сне, она протянула лапы и положила его себе на грудь. Пастух оказался хорошо защищенным от дождя и ветра, быстро согрелся на груди у медведицы, заснул и проспал до самого утра. Но не спала медведица. Она боялась пошевельнуться, чтобы не потревожить и не разбудить своего побратима. Всю ночь она бодрствовала и берегла его сон.
Утром, когда пастух проснулся и встал, медведица спросила:
— Ну, как тебе спалось, мой брат? Хорошо ли ты выспался?
Пастух зевнул и недовольно ответил:
— Разве это сон? Кошмар какой-то, а не сон. Всю ночь промучился, как в когтях у медведя.
Его ответ, словно пуля, пронзил сердце медведицы, которая всю ночь продержала пастуха у себя на груди, а сама глаз не сомкнула ради его удобства и покоя. Она впала в такое уныние, что долго не могла раскрыть рта. И хотя горечь и обида разрывали ей душу, она не сказала в ответ пастуху ни слова и ничем не выдала своего огорчения.
К утру дождь прекратился и небо постепенно прояснилось. Медведица немного обсохла и согрелась на солнце, а потом сказала пастуху:
— Пойдем прогуляемся немного?
Пастух ответил:
— Нет, уж солнце поднялось высоко. Сейчас я соберу овец и буду спускаться в деревню.
Медведица схватила пастуха за руку и сказала:
— Нет, пойдем прогуляемся по лесу! У тебя достаточно времени, ты еще успеешь спуститься в деревню.
Почуяв неладное, пастух с замиранием сердца двинулся за ней. А медведица шла впереди него, с шумом ломая и отбрасывая в стороны валежник, загромождавший им дорогу. Наконец она остановилась и сказала:
— Видишь топор, застрявший в стволе дуба?
Пастух осмотрелся и, действительно, заметил топор, глубоко погруженный в ствол старого дуба. Он спросил:
— Вижу. И что из этого?
Медведица ответила:
— Нет, ничего. Просто был такой случай: дровосек испугался, когда увидел меня, бросил здесь топор и убежал. Поди и возьми его!
— Зачем? — удивился пастух. — Он мне не нужен.
Медведица повторила:
— Поди и возьми, потому что он нужен мне.
— Зачем тебе нужен топор, дорогая? — испуганно спросил пастух.
Медведица ответила:
— Возьми, говорю, а потом я тебе объясню, зачем.
Пастух подошел к дубу, выдернул топор, принес его и отдал медведице. Но она сказала:
— Теперь возьми его в руки и ударь меня вот здесь, возле шеи. Бей изо всей силы, какая у тебя есть.
Пастух страшно удивился:
— Что ты говоришь, сестра? Ты в своем уме?
Медведица закивала головой:
— Да, да, я в своем уме. Ударь меня топором изо всей силы, на какую способен, прошу тебя. Ударь меня, если хочешь доставить мне удовольствие.
Пастух не имел ни малейшего желания бить топором своего побратима. Он ответил:
— Не буду я тебя бить.
Тогда медведица попросила его:
— Ради господа бога, ударь меня.
Пришлось пастуху выполнить ее просьбу. Он поднял топор, размахнулся и изо всей силы стукнул ее по спине возле холки. Медведица взревела от боли и сказала:
— О-о, будь благословенна рука, которая меня поразила!
Но пастух с недоумением спросил еще раз:
— Скажи все же, сестра, почему тебе пришла в голову такая блажь?
— Да ничего, просто так, хотела спустить дурную кровь, — ответила медведица.
После этого они вернулись в стан, собрали стадо, и пастух отправился в деревню. Медведица далеко проводила его и, попрощавшись, обняла. Уходя, пастух сказал ей:
— Счастливо тебе оставаться! До свиданья, до следующего лета!
И медведица ответила ему:
— До свиданья!
Потом она влезла на скалу и провожала взглядом своего побратима до тех пор, пока тот не скрылся из виду. Но когда она осталась одна, из ее груди вырвался горестный вопль и она начала громко, навзрыд плакать. Слезы градом катились по ее морде. Долго стояла она на скале и плакала, не переставая.
В это время вдалеке пробегала лисица и, услышав плач и вопли медведицы, пораженная, остановилась. Потом растерянно спросила:
— Почему ты плачешь, госпожа?
— Просто так, — прорычала медведица.
Лисица поджала хвост и в страхе убежала. Вскоре поблизости от того места, каркая, пролетала ворона. Она уселась на высоком дубу и спросила медведицу:
— Почему ты плачешь, горемычная?
Медведица подняла голову, посмотрела на нее с досадой и сердито ответила:
— А тебе какое дело, ворона?
Ворона вздрогнула от испуга и улетела. Немного погодя пробегал мимо скалы волк. И он остановился и спросил:
— Почему ты плачешь, подруга?
Медведица ответила ему:
— Я плачу потому, что ты далеко и я не могу поймать тебя и разорвать на части.
Волк со всех ног бросился прочь. Потом мимо скалы прошел лев. Он очень удивился, услышав, как плачет медведица, остановился и спросил:
— Из-за чего ты плачешь, сестра?
Медведица посмотрела на него сквозь слезы и ответила:
— Я плачу потому, что у меня болит сердце, брат.
Лев увидел кровь, которая струилась у нее по шее, и заметил:
— Кровь залила твою шею. Я не вижу, чтобы у тебя кровь сочилась из сердца.
Медведица сказала:
— Мое сердце истекает кровью, и это хуже, чем рана на шее.
Лев подумал и понял медведицу. Он сказал:
— Тогда пусть бог спасет тебя, сестра, потому что сердечная рана тяжелее той, которую тебе нанесли.
И тихо удалился.
Вечером медведица вернулась в свою пещеру. Она решила там перезимовать и дождаться весны. Всю зиму она плакала и выла, так как у нее болела сердечная рана от обиды, которую нанес ей пастух. В тот год зима и весна показались медведице очень длинными.
Снова наступило лето. Пастух поднялся со своим стадом на высокогорное пастбище. Он поздоровался с медведицей, которая вышла его встретить. После того, как медведица расспросила пастуха о его детях, о семье и обо всех домашних делах, она сказала:
— Взгляни, как у меня рана на шее, зарубцевалась?
Пастух осмотрел рану и увидел, что она зажила.
— Мне кажется, все в порядке, — сказал он.
— Нет, ты пощупай рукой, зажила она или нет? — попросила медведица.
Пастух ощупал шею медведицы и нашел, что рана зажила как нельзя лучше.
— Все хорошо, ты совершенно здорова, — сказал он.
— Остался какой-нибудь след?
— Нет, ничего не осталось, — заверил ее пастух.
Тогда медведица подняла голову, посмотрела в глаза пастуху и сказала:
— Слушай меня, человечий сын! Рана, которую ты нанес мне топором, затянулась и зажила за шесть месяцев. Но сердечная боль от раны, которую ты нанес мне в ту ураганную ночь, когда мы были в пещере — помнишь? — не прошла до сих пор. Ты сказал: «Я всю ночь промучился, как в когтях у медведя!» Эта рана и сейчас у меня кровоточит. Она не заживет никогда.
Пастух обомлел от страха и пробормотал:
— Что ты говоришь, сестра?
Медведица повторила:
— Сказанное тобою слово пронзило мое сердце. Рана от него оказалась тяжелее всех других ран, которые я когда-либо получала. А сейчас забирай свое имущество и стадо и уходи отсюда, потому что с сегодняшнего дня мы больше не побратимы.
Пастух понял: спорить бесполезно. Медведица была тверда в своем решении. Он быстро собрал овец и ушел из тех мест, чтобы никогда больше сюда не возвращаться, так как по своей вине стал врагом тому, кто еще год назад называл его своим братом.