Путеводитель по картинной галерее Императорского Эрмитажа.
Гейде, Ян ван. Беркгейде, Геррит.
Из голландских живописцев, специализировавшихся на “портретах” городских улиц и замечательных зданий, в Эрмитаже представлены лишь: Ян ван де Гейде (1637 — 1712), деятельность которого протекла, главным образом, в Амстердаме, И “портретист Гарлема” Геррит А. Беркгейде (1638 — 1698), брат уже известного нам жанриста Гиоба, населявшего, кстати сказать, вместе с А. ван де Вельде, Воуверманом и другими художниками улицы и площади, писанные Герритом.
Гейде и Беркгейде превосходные мастера, и их значение выходит за пределы образцовой топографии. Оба были безупречными рисовальщиками, прекрасно владели теплым, правдивым колоритом, оба умели с большим вкусом выбирать свои мотивы. Но Я. ван Гейде больше работал для “кунсткамер” и в своем изощрении доходил иногда до пределов вкуса, тягаясь с “доуистами” в мелочной передаче невидимых простым глазом подробностей (одним из его фокусов было изображение всех кирпичей на зданиях, хотя бы стоящих на последнем плане). Беркгейде же относился к делу шире, свободнее. Тем не менее лучшие в живописном отношении вещи принадлежат первому из этих художников, который как-то сумел “угождение знатокам” связать с искренностью и с художественностью, и лишь в произведениях последнего периода мастера замечается усталость и трафаретность, например, в нашем “Замке”.
Ян (Янс) ван дер Хейден. Укрепленный замок на берегу реки. Фигуры написаны Адрианом ван дер Велде. Дерево, масло. 45,5х64,5. Инв. 1008.
Из девяти достоверных картин Гейде в Эрмитаже особенно хороши вид в Кельне, в котором с громадным мастерством передан трудный эффект contre jour (солнца, светящего в лицо художнику), и “Замок”, восхитительная, полная поэзии передача тусклого, теплого осеннего дня. На обеих картинах бесчисленные фигурки, размещенные с большим остроумием и тактом, принадлежат кисти А. в. д. Вельде. Этот “стаффаж” [194], в противоположность стаффажу на картинах Лоррена, не вредит впечатлению, но, напротив того, подчеркивает те настроения, передачу которых искал Гейде. Особенно они хороши на “Замке”, где мы видим катающихся в лодке синьоров, отдыхающую на скамейке даму, няньку, ведущую на помочах ребенка, прачку, полощущую белье, и бичевщиков, тащащих по каналу лодку. Все эти “человечки” точно выхвачены из жизни и заворожены навеки в той среде, в которой их видел художник. Их присутствие не нарушает тишины и меланхолии, разлитых в картине. Кажется, точно слышишь в кристаллическом осеннем воздухе негромкий говор, мирную суету.
Из картин Беркгейде особенно интересны: вид Амстердама с грузным зданием нынешнего королевского Paleis, служившим в XVII веке ратушей, и “Большая площадь в Гарлеме” — мотив, который был повторен Беркгейде много раз. Наш экземпляр помечен 1673 годом.
Геррит Адрианс Беркхейде. Вид канала и ратуши в Амстердаме. Холст, масло. 53х63. Инв. 958. Из собр. Троншена, Женева, 1770.
Геррит Адрианс Беркхейде. Большая рыночная площадь в Харлеме. 1673. Дерево, масло. 44х60,5. Инв. 812. Из собр. герцога Шуазеля, Париж, 1772.