Творец, субъект, женщина: Стратегии женского письма в русском символизме.

24.

В «любви» Андрея Белого к Морозовой заметен, кроме опосредованного характера объекта любви, также модернистский солипсизм. Андрей Белый сам признается: «Я не с небом и не с Вами, я с собой, с собой говорю; я зову себя, я влюблен в себя самого…» (Лавров 1995, 142). Солипсис модернистского творческого субъекта становится, кстати, постоянно повторяющейся темой в данной работе.