Просвещенные.

* * *

Сосед наконец просит почитать «Филиппин газетт». Он уже несколько часов на нее поглядывал. Я вынимаю газету из кармана переднего сиденья. Он берет и начинает листать. Цыкает, качает головой. Спихивает мою руку с подлокотника и указывает на заметку. Еще два взрыва — оба произвели смертники. Прямо сегодня утром. В первом случае шестеро погибших, двенадцать раненых у лотерейного киоска напротив муниципалитета в Хенераль-Сантосе. Большинство пострадавших — городские служащие, которые пришли рискнуть только что полученной зарплатой. Второй взрыв прогремел на детском дне рождения в «Макдональдсе» в торговом центре «Котобато-плаза»: погибли девять учеников начальной школы, еще шестеро ранены. Никто не взял на себя ответственность. Правительство Эстрегана подозревает различные формирования: «Абу-Сайяф» из Минданао, Исламский фронт освобождения моро, базирующуюся в Индонезии «Джемаа исламиа», ближневосточную «Аль-Каиду». Высказываются подозрения, что взрывы прогремели в ответ на ввод в Афганистан войск коалиции, в которую мы вступили благодаря президенту Фернандо Вальдесу Эстрегану. Я смотрю на соседа и покачиваю головой. После чего делаю вид, что заснул.

Минуту спустя он уже хихикает. Гляжу на него вполглаза. Он читает статью о «процессе века». Я помню, читал что-то об этом деле в интернете. Даже меня поразил оправдательный приговор филиппино-китайской паре, заставившей свою горничную выпить отбеливатель «Клорокс». Она присматривала за их маленьким сыном, и, пока строчила эсэмэски, тот утонул в ванне. В этой истории меня заинтересовала вовсе не ее сенсационность. Терпеть не могу всю эту жлобскую желтизну. Я щелкнул по ссылке только из-за фамилии Чжанко; я подумал, не родственники ли они промышленного магната Диндона Чжанко-младшего, предположительно одного из важных действующих лиц «Пылающих мостов». Впрочем, будь они его родственниками, вряд ли они попали бы в такую переделку.

История раздувалась все сильнее, пока «процесс века» не стал «процессом тысячелетия». Затем газеты принялись обмусоливать новое обстоятельство: выяснилось, что пара предлагала крупную сумму председателю суда. Чжанко утверждали, что деньги судья взял. Судья, конечно, все отрицал. Супруги Чжанко публично угрожали ему судебным преследованием. Следователи подтвердили, что пара действительно сняла со счетов два миллиона песо, впрочем ни один сентаво не всплыл на счетах судьи. Среди блогеров разошлась хохма о том, как мистер Чжанко сказал на пресс-конференции: «Вот так мы попали на два миллиона песо». А его заметно близорукая жена вторила: «А еще и младшего сына лишились».

Последующие события приняли почти эпический характер. Вскоре после суда жених убиенной служанки, охранник по имени Вигберто Лакандула, тоже в прошлом работавший на Чжанко, поклялся «жестоко отомстить» семейству. На следующий день, вернувшись в свой огороженный забором дом, мистер и миссис Чжанко обнаружили в гостиной обезглавленные трупы трех своих чихуахуа — неоднократных призеров собачьих выставок. За несколько недель эта история любви и мести сделала из Вигберто знаменитость поневоле — когда СМИ стало известно, что, ухаживая за своей возлюбленной, он сочинял баллады и исполнял их ей на гитаре, Лакандула моментально стал народным любимцем. Газеты и популярные журналы скупали его фотографии по заоблачным ценам. Мой сосед разглядывает фотографию, где Лакандула — строительный рабочий в Саудовской Аравии — светит голым мускулистым торсом, облокотившись о ковш экскаватора, с сияющей улыбкой и съехавшей набок каской поверх черной копны волос. Теперь он, как гласит подпись, в бегах, «скрывается от длинной руки закона».