Парки и дворцы Берлина и Потсдама.
В тени вековых дубрав.
Во времена правления Фридриха-Вильгельма II и Фридриха-Вильгельма III при значительном росте населения Берлин не увеличивался вширь. По мере надобности многие из старых домов надстраивались до 4 этажей и такой же высоты зданий власти требовали от новых застройщиков. В начале XIX века светская жизнь проходила в пределах квартала Фридрихштадт, который едва достигал размеров города-крепости великого курфюрста, составляя малую часть сегодняшнего мегаполиса. Четверть миллиона обывателей ютились вдоль рукавов Шпрее и в районах, примыкавших к Унтер-ден-Линден. Прогрессивная знать теперь селилась подальше от королевского дворца, предпочитая виллы в зеленой зоне Тиргартен. Богатые буржуа упорно не покидали центр, где было уютно зимой и не слишком комфортно летом. С наступлением тепла семьи коммерсантов переселялись в окрестные деревни, проводя лето так, как в старину это делали королевские особы.
![В тени вековых дубрав. Берлин. Парки и дворцы Берлина и Потсдама.](Parki-i-dvortsy-Byerlina-i-Potsdama-29.jpg)
Гостиная богатого берлинского дома. Фотография начала XX века.
Очаровательный архитектурный ансамбль на Павлиньем острове (нем. Pfaueninsel) можно представить в качестве примера простой сельской жизни непростых людей. Деревенское существование королей проходило в обширных загородных усадьбах и не мыслилось без молочной фермы в виде готических развалин, павлинов и множества экзотических животных. Обустраивать остров начали в самом конце XVIII века по приказу Фридриха-Вильгельма II, племянника и наследника Фридриха Великого. В оригинальных формах замка увековечен вкус и фантазия подруги короля Вильгельмины Энке, будущей графини Лихтенау. О том, насколько удачным было ее сотрудничество с придворным архитектором Ленне, можно судить по тому, что следующий монарх избрал Павлиний остров местом своей резиденции, причем не летней, а основной. Тотчас по завершении отделки помещений владельцы закупили коллекцию растений и редких животных, в дальнейшем привозимых со всех концов света. В настоящее время местность вокруг дворца является ландшафтным парком.
Страстный любитель охоты курфюрст Иоахим II велел своему придворному зодчему Каспару Тайсу построить охотничий домик в дубраве, каковую еще в 1542 году приглядел на берегу озера Груневальдзее. Появившееся вскоре сооружение в стиле ренессанс являлось настоящим замком, хотя по желанию короля получило название Дом в зеленом лесу (нем. Haus am Grunen Walde), как позже стал именоваться ближайший к нему район. В начале следующего столетия здание перестроили в духе барокко, к сожалению, полностью уничтожив первоначальный декор.
Нынешний охотничий замок Грюневальд (нем. Grunewald) – дворцовый комплекс и этнографическо-зоологический музей – удивляет своей пустынностью. Сказочной красоты местность, старый, но прекрасно сохранившийся дом почему-то не привлекают внимания туристов, что не слишком печалит служителей уникального музея. Осмотр местных достопримечательностей можно начать уже из вагона поезда: две первые платформы, подземный переход и само здание вокзала отнесены к памятникам старинной архитектуры. В замке хранится коллекция немецкой и голландской живописи XV–ХIХ веков, которой могли бы позавидовать многие музеи, в частности посетители могут увидеть полотна Лукаса Кранаха Старшего. В отдельном павильоне помещено собрание охотничьего снаряжения и трофеев.
Название Тиргартен (нем. Tiergarten) означает «зоологический сад», хотя раньше здешнюю полосу леса, раскинувшуюся между двумя рукавами Шпрее, курфюрсты использовали для охоты. При королях большую ее часть занимал парк, который позже рассекла главная транспортная магистраль города – улица 17 Июня, дополненная эффектной площадью Большой Звезды с Триумфальной колонной. Последняя представляла собой художественно оформленный столб, отлитый из трофейных пушек в качестве символа непобедимости прусского оружия. Его создание относится к концу XIX века, когда германцы одержали ряд блестящих побед в войнах с Данией, Австрией и Францией. Прусский король решил отметить эти знаменательные события общим памятником, о котором впоследствии с восторгом отзывалась европейская пресса: «От Бранденбургских ворот почти до Шарлоттенбурга тянется обширнейший парк – всем известный Тиргартен, занимающий площадь в 250 га. Парк этот служит излюбленным местом прогулок берлинского населения и вообще пользуется огромной популярностью у берлинцев, главным образом потому, что не потерял еще характера леса, несмотря на все заботы, прилагаемые к его украшению. Шарлоттенбургское шоссе делит его на две части. На меньшей, северной, находится Королевская площадь с памятником победы, установленным в память войны 1870–1871 годов. Южная протянулась до чрезвычайно красивой Тиргартенской улицы со сплошным рядом прелестных вилл. Открытый 2 сентября, через два года после закладки первого камня, этот памятник победы исполнен по проекту архитектора Штракка ваятелями Гладенбеком и Драке. Он имеет 61,5 м вышины, одна колонна из песчаника достигает 20,4 м. Последняя окружена 3 рядами пушек (20 французских, 20 австрийских, 20 датских) и утверждена на пьедестале, имеющем форму восьмиступенной круглой террасы. Цоколь с надписью „Победоносному воинству – благодарное Отечество“ окружает портик, поддерживаемый 16 колоннами, вышиной 5 м каждая. Четыре горельефа внизу изображают главные моменты трех походов. Портик украшен мозаичными картинами аллегорического содержания, а сам памятник увенчан бронзовой фигурой богини Виктории».
![В тени вековых дубрав. Берлин. Парки и дворцы Берлина и Потсдама.](Parki-i-dvortsy-Byerlina-i-Potsdama-30.jpg)
Триумфальная колонна с Золотой Элизабет на вершине.
Как видно из статьи, вначале Триумфальная колонна стояла на площади, где вскоре началось строительство Рейхстага. В 1938 году в связи с переустройством городской территории он был перенесен на нынешнее место. Однако в прежнем варианте и на более просторном участке он показался фюреру слишком низким, что решено было исправить устройством на вершине 9-метровой статуи богини победы, которую остроумные берлинцы стали называть Золотой Элизабет. В последние годы 17-метровая фигура со штандартом в правой руке и венком победителя в левой является центром голографических представлений. В остальные дни памятник служит украшением города и по совместительству – смотровой площадкой, ведь внутри колонны имеется крутая лестница, 265 ступеней которой ведут к подножию статуи, откуда виден весь город.
Раньше восточная сторона Тиргартена являлась политическим и деловым центром столицы, и неслучайно именно здесь, на Парижской площади, появился первый в Европе светофор. Посетители южной части парка могли видеть памятники Фридриху-Вильгельму III (тоже работы Драке), королеве Луизе (работы Энке), Иоганну Вольфгангу Гёте (работы Шапера) и различные скульптурные группы. На противоположном от парка берегу Шпрее располагался собственно зоологический сад, ухоженный, прекрасно оборудованный и охотно посещаемый берлинской публикой.
В последние дни Второй мировой войны Тиргартен стал зоной самых жестоких боев, поэтому легко представить, как он выглядел по завершении военных действий. Деревья парковой зоны использовались как дрова, практически все жилые кварталы были разрушены до основания, и реконструкция их представлялась делом безнадежным. Там, где недавно кипела жизнь, где радовали взор красивые дворцы и уютные площади, раскинулись пустыри, своим унылым видом напоминавшие о недавнем кровопролитии. Восстановление заброшенной местности началось только в 1949 году и сразу с торжественной акции: бургомистр Эрнст Ройтер посадил лимонное деревце, а потом к нему присоединились горожане. Жители многих немецких городов поднесли в подарок берлинцам саженцы, за что имена были занесены на памятный камень главной аллеи.
С разделением германской столицы Тиргартен превратился в приграничную зону. Основная стройка на его территории развернулась после объединения Германии, когда парк и прилегающие к нему постройки оказались в самом центре города. Правда, власти Западного Берлина пытались вернуть район к жизни, не слишком удачно вложив огромные средства в строительство Культурного форума и Дома культуры народов мира. Последнее, похожее на ракушку здание с изогнутой крышей возвели в качестве американского Дворца конгрессов. Спустя 30 лет крыша грандиозного сооружения развалилась, но, вскоре восстановленное, с новой кровлей, оно преобразилось в выставочный комплекс и одновременно концертную площадку, где, кроме прочих мероприятий, проходят показы кинофильмов фольклорной направленности. Именно с этого момента Дворец конгрессов стали именовать Домом культуры народов мира. К 750-летию Берлина в огромном фонтане перед его входом появилась бронзовая статуя работа Генри Мура – нечто среднее между бабочкой и устрицей, за ко-торые муниципалитет заплатил 3,5 миллиона марок. Берлинцы восприняли странную скульптуру с юмором, сразу окрестив здание «беременной устрицей». Сегодня стоящий на берегу Шпрее дом-дворец привлекает своими экзотическими кафе с европейскими, средиземноморскими, индийскими, китайскими блюдами. Летом все учреждения общественного питания переезжают на террасу с видом на реку. Жители германской столицы предпочитают гулять поздно вечером или ночью, когда в городе сияет иллюминация и «ракушка» становится похожей на летающую тарелку.
![В тени вековых дубрав. Берлин. Парки и дворцы Берлина и Потсдама.](Parki-i-dvortsy-Byerlina-i-Potsdama-31.jpg)
Набережная в центре Берлина.
Поскольку сегодняшний Тиргартен расположен в самом центре Берлина, именно он стал главным центром городского отдыха. Люди приезжают сюда, чтобы полежать у воды или покататься на велосипедах. В теплые дни на широких дорожках парка происходит настоящее вавилонское столпотворение: молодые фрау катят нарядные коляски в окружении старших детей, семейства обгоняют стайки роллеров, рядом гоняют мяч футболисты, неспешно бродят одинокие пенсионеры, причем друг другу представители каждой из этих категорий нисколько не мешают, поскольку придерживаются «своих» площадок. Романтично настроенные парочки спускаются к темной глади озера Нойерзее, где в теплое время года можно покататься на лодке, с наступлением холодов – на коньках и в любой сезон отдохнуть за кружкой пива в кафе, названном в честь прекрасного озера.