Рыцари Христа. Военно-монашеские ордены в средние века, XI-XVI вв.
Выживание.
Рожденные крестовыми походами, то есть коллективным начинанием христианства под руководством церкви и папства, имеющих универсалистские притязания, военно-монашеские ордены пали под ударами государства нового типа. Орден Храма? Разгромлен французским королем в 1307–1312 гг. Иберийские ордены? Присоединены к короне после падения Гранады. Тевтонцы? Их государства (Пруссия, Ливония-Курляндия) были секуляризованы в 1525 и 1561 гг. в результате протестантской Реформации, а орден, сохранившийся в Германии, попал под пяту Габсбургов. Орден Госпиталя? Изгнанный с Родоса османским султаном Сулейманом, он обосновался на Мальте. В 1798 г. оттуда его изгнал Бонапарт на обратном пути из своего египетского похода. Его владения секуляризовала еще Революция. В конечном счете он нашел прибежище в Риме. А орден святого Лазаря в XVII в. стал пьемонтским орденом.
Тем не менее Мальтийский орден, преемник Госпиталя, еще существует — это суверенный орден, он имеет штаб-квартиру в Риме; орден святого Лазаря был воссоздан… в том числе и в Австралии! Тевтонцы продолжили существовать в Германии, потом в Австрии; они пережили нацизм, который распустил их, присвоив при этом их историю; они были восстановлены после Второй мировой войны и имеют штаб-квартиру в Вене. Кресты испанских и португальских орденов сделались почетными знаками. А как игнорировать орден Храма, наделенный столь широкими плечами, что способен выносить что угодно — чаще всего нелепые утверждения, ужасные — реже, но еще слишком часто, а иногда и добрые намерения: ведь Храм, не забудем, упразднили, а не осудили. Все это несомненная правда, но все это давно уже не военно-монашеские ордены. Госпиталь, наиболее умело творивший свое паблисити, сделался на Мальте корсарской республикой. С тех пор он вернулся к гуманитарной деятельности, как и Тевтонский орден.
Итак, великая эпопея военно-монашеских орденов продлилась всего два века, XII и XIII, — тогда их деятельность в основном соответствовала их миссии. Далее им пришлось адаптироваться — и, по мнению некоторых, они сделали это оригинально и с умом — к условиям, где для их идеала места уже особо не было, а для их образа действий тем более: либо они интегрировались, волей-неволей, в светские государственные структуры (Испания), либо создали собственные государства.
Чтобы в конечном счете вернуться к самому обычному милосердию:
«Ибо сей орден был поначалу странноприимным, прежде чем стать рыцарским…» (Устав тевтонцев, статья 4).