Военные противники России.
* * *
Дворянин, увлеченный идеями революционного преобразования общества, Периньон с первых же дней Великой Французской революции встал в ряды ее вооруженных защитников. Активный участник Революционных войн, он отважно сражался с врагами Франции сначала в Пиренеях, а затем в Италии. Храбрый и мужественный офицер, бесстрашно водивший в бой полки и батальоны вчерашних санкюлотов, доблестный генерал революционной армии, несшей на своих знаменах знаменитый лозунг «Свобода, Равенство и Братство», герой войны в Пиренеях, Периньон особенно отличился в годы Революционных войн, когда командовал батальоном, полком, бригадой и дивизией. Однако как командующий армией он не смог проявить себя на должной высоте. Хороший тактик, сохранявший завидное хладнокровие и решительность в огне сражений, Периньон все же не обладал даром полководца, способного успешно решать крупные задачи оперативно-стратегического плана. Ему явно не хватало широты стратегического кругозора. Это был прежде всего хороший дивизионный генерал и не более того. Его дарований вполне хватало для успешного решения отдельных тактических задач на поле боя. При необходимости он мог с успехом увлечь своих солдат на подвиг личным примером и блестяще выполнить конкретную боевую задачу — это была его стихия.
Кампании 1793 и 1794 годов принесли Периньону заслуженную боевую славу и явились звездным часом в его военной карьере. Ничем примечательным на боевом поприще Периньон в дальнейшем себя не проявил. В годы Империи он в полном смысле этого слова оставался лишь «почетным» маршалом, не приняв участия ни в одной из наполеоновских войн.
Периньон никогда не входил в ближайшее окружение Наполеона и не принадлежал к знаменитой когорте спутников его боевой славы. Поэтому он оказался в стороне от тех громких побед, которыми прославилась французская армия под императорскими орлами. Присвоение ему высокого звания маршала Франции явилось своего рода компромиссом, на который Наполеон пошел, чтобы при установлении империи заручиться симпатиями не только своих бывших армий, которыми ему в свое время довелось командовать, но и других армий Французской республики, сражавшихся на различных фронтах. В данном случае Наполеон как глава государства — правопреемника Французской республики в лице Периньона отдавал должное заслугам перед Францией Пиренейской армии.
Из целого ряда генералов, руководивших армиями на Пиренейском фронте и доживших до 1804 года, шансы Периньона выглядели более предпочтительными. Личное же отношение императора к Периньону всегда было довольно прохладным. Он критически оценивал военные способности этого военачальника и ни разу за весь период своего правления не использовал его на командных должностях в действующей армии (впрочем, еще правительство Директории усомнилось в способности Периньона успешно командовать армией, отправив его послом в Испанию). Сразу отметим, что такое отношение Наполеона к Периньону вряд ли можно считать вполне оправданным. Во всяком случае, его военные способности были ничуть не хуже целого ряда наполеоновских маршалов, скажем, того же Лефевра или Виктора.
Фактически вся служба Периньона в годы Империи прошла даже не на второстепенных, а на третьестепенных военно-административных должностях. А его «бессрочный отпуск» в 1813—1814 годах являлся по существу слегка завуалированной отставкой.
Периньон является, пожалуй, самым малоизвестным из маршалов Первой империи. Даже в военных энциклопедиях далеко не всегда можно найти о нем хотя был самую краткую справку. Но такой маршал был. Он входил в число 26 наполеоновских маршалов. И мы ликвидируем «белое пятно» всех наших энциклопедий, доводя до читателя справку об этом человеке и военачальнике.