Каббалистическая астрология.

* * *

Да не введет читателя в заблуждение видимая эгоцентричность выражения: "любовь мира (Бога) к человеку". С точки зрения достигшего бхакта, в мире нет ничего, кроме Божественной любви, изливающейся сплошным потоком на все существа без исключения — но сколь же далеко до подобного видения (читай — положения точки сборки) среднесоциальному индивиду, задавленному семейными, финансовыми и рабочими проблемами, ростом налогов, безработицы и преступности, а главное — угнетенному и подозрительному внутренне, не верящему ни во что, кроме себя — ни в Бога, ни в черта, ни в гуманитарную помощь развитых стран. Для того, чтобы почувствовать любовь мира к себе, человеку нужно совершить в некотором смысле подвиг самоотречения — снять с себя защиту эго и воспринять судьбу мира как часть своей собственной; только тогда (и далеко не сразу) он сможет ощутить ее реально, а не иллюзорно. А различные медитативные практики, или, хуже, алкоголь и наркотики лишь помогают на время позаимствовать (украсть) из высших слоев астрального плана подобного рода переживания (на самом деле — их слабый суррогат) и таким образом получить некоторое представление о чувственном — но не духовном! — опыте настоящих святых и просветленных.

Итак, первое препятствие, стоящее на пути восприятия Бога в объекте это, как ни странно, защита его. Любящий не защищен от любимого, а как только защита появляется, исчезает видение Бога и, соответственно, любовь, хотя человек далеко не всегда склонен себе в этом признаваться. С другой стороны, быть любимым, оставаясь защищенным от любящего тебя, вполне возможно (хотя и не очень этично с точки зрения водолейской этики; эпоха Рыб относилась к такого рода поведению достаточно снисходительно).

Справедливости ради следует сказать, что защита эго, препятствующая включению объекта в слишком интимный круг восприятия, как правило, имеет серьезные основания. В каждом объекте и особенно человеке есть более светлые и более темные стороны, где-то летают ангел-хранитель и добрый гений, а неподалеку (чуть ниже) корчат рожи разнообразные бесы, которые первыми откликаются на венерианское излучение. "Полюбите нас черненькими, — радостно восклицают они, подлетая на всех парах к намечающемуся влюбленному — беленькими-то нас всякий полюбит!" А каждый человек, сознательно, полусознательно или бессознательно пытающийся идти по пути бхакти, довольно скоро обнаруживает, что любовь другого значит не только ставить себя в зависимость от него — это еще значит становиться жертвой или бесплатным донором для разных бесов и паразитов или, в психологическом разрезе, отрицательных черт характера любимого существа. В этику эпохи Водолея безусловно будут входить правила защиты окружения человека от его личных демонов — в том смысле, что любой индивид должен будет, наравне с чисткой зубов, следить за тем, чтобы сопутствующие ему бесы не переходили в своих бесчинствах определенных границ и не слишком тревожили окружающих; в настоящее время, увы, социальная этика ориентирована больше на внешние манеры поведения, и иные субъекты с неимоверно грязными каузальным и даже астральным телами бывают порой отлично социализированы.

Однако тема специальных венерианских паразитов еще впереди, а пока автор хочет вернуться к особенностям венерианской энергии. Человек не в состоянии дать миру любви больше, чем у него есть; а есть у него ровно столько, сколько он получает от Бога. Не то, чтобы, имея цель возлюбить мир (стать для него источником благодати), я должен сначала возлюбить себя — совсем нет; но прежде, чем стать источником любви, мне нужно ощутить себя ее субъектом, то есть почувствовать любовь Бога к себе — не меньшую, чем я собираюсь отдать миру. Это очевидное арифметическое соображение; реально же человек отдает в мир лишь незначительную часть той любви, что он получает от Бога: часть расходуется в личных целях, часть идет на прокорм своих демонов, часть незаметно рассеивается в пространстве, часть исчезает неизвестно куда… но что-то попадает и окружающим: людям, собакам, предметам и родственникам, и они на глазах хорошеют, а порой начинают светиться отраженным, но все равно Божественным светом, утверждая жизнь в любых условиях, даже, казалось бы, абсолютно для нее невозможных.

Итак, венерианская энергия, идущая от человека в мир, всегда есть отраженный свет любви, которую человек получает от Бога, так сказать бесплатно, в порядке снисходящей благодати. Даже если человеку кажется, что Бог и мир его вовсе не любят, но при этом венерианский поток от человека в мир идет, то можно смело утверждать, что где-то вне его сознания во внешнем или внутреннем мире имеется источник Божественной любви, освещающей человека, и по своей силе существенно превосходящей то, что он транслирует вовне. Проще мысль этого абзаца можно выразить так: любовь, идущая от человека в мир, всегда есть не более чем отражение той Божественной любви, которую человек получает. Последнее, впрочем, вовсе не умаляет качества любви, транслируемой человеком в мир: отражение Божества всегда есть Божественное отражение.