Великие мифы народов мира.
КУПИДОН И ПСИХЕЯ.
I.
В одной далекой стране жили-были царь и царица. У них было три дочери. Все девушки были красивы, но младшая была настолько прекрасной, что не находилось слов, чтобы воспеть ее дивную красоту. Мужчины приходили к ее жилищу, как к святилищу; при виде ее каждый считал своим долгом поцеловать кончики пальцев на своей правой руке, тем самым воздавая земной деве такие же почести, какие воздавались бессмертной богине Венере.
Даже стали поговаривать, что Венера покинула небесные сады, спустилась на землю в облике смертной девушки и стала жить среди людей младшей дочерью царя и царицы далекой страны. Люди больше не посещали алтари богини Венеры. Храмы в Пафосе, Книде и Кифере стояли пустыми – почитатели богини Венеры теперь молились смертной деве – Психее. Когда она утром выходила из дома отца, люди усыпали ее путь цветами, ей приносились жертвы, которые прежде приносили только бессмертным богам.
Слухи об этом вскоре достигли ушей самой богини Венеры. Она подумала: «Неужели я, признанная прекраснейшей из богинь пастухом с Иды, допущу, чтобы мои законные почести были отняты земной девой? Конечно нет. Мало радости получит Психея от бездумного поклонения толпы». После этого Венера призвала своего сына. Она привела его за собой в далекую страну и показала деву Психею, когда та шла по улицам города. Она велела сыну отомстить за мать, и месть эта должна была стать достойной великой богини. Она приказала сыну сделать девушку рабой недостойной любви. Она обняла сына и оставила в далекой стране, а сама отправилась туда, где у ее алтаря еще оставались почитатели.
Ее сына звали Купидон. Это был тот самый крылатый юноша, который по ночам являлся в дома людей с луком и стрелами, внося беспокойство в их супружескую жизнь. Мать оставила его глазеющим на Психею. Купидон долго смотрел на прекрасную Психею и в конце концов почувствовал, что влюбился. Он не хотел выполнять приказ своей разгневанной матери; он не желал вселять в ее душу безумие недостойной любви. Совсем наоборот, он думал о том, как завоевать ее для себя, ту, что прекраснее всех на земле и даже на небесах.
А Психея, которую все обожали за несравненную красоту, не чувствовала от этого радости. Она знала, что является объектом восхищения, но так восхищаются прекрасной работой ремесленника, которая имеет некоторое сходство с божественным обликом. Ни один мужчина не желал сделать ее своей женой. Ее сестры уже давно обзавелись семьями, а она достигла их возраста и стала старше, все еще оставаясь девицей. Никто не стремился ввести ее в свой дом. Девушка сидела дома и проклинала свою неземную красоту, перед которой преклонялись все мужчины – и стар и млад – и считали ее недосягаемой для простых смертных. В конце концов ее отец, царь, не зная, что делать с дочерью, был вынужден обратиться за советом к оракулу. Пришедший ответ означал ужасную участь для девушки. «Пусть дева будет оставлена на вершине горы, одетая как для свадьбы, так и для смерти. Не ищи зятя из числа смертных юношей; ее возьмет к себе змей, которого боятся даже боги и который пугает души умерших на священной реке Стикс».
На много дней после того, как стало известно о пророчестве, в доме царя воцарились скорбь и уныние. Но, понимая, что от судьбы все равно не уйдешь, царица достала свадебные украшения дочери и собрала людей, которые должны были доставить деву к ее ужасному жениху. Все было готово. Только факел, зажженный для свадьбы, не горел, а лишь дымил, музыкальные инструменты играли не радостные, а заунывные похоронные мелодии, а невеста, завернувшись в желтое свадебное покрывало, дрожала и плакала. Были выполнены свадебные церемонии, а люди вели себя как на похоронах. После этого Психею отвели на указанное место на вершине горы.
По пути она сказала своим провожатым: «Вот плоды моей так называемой красоты. Вы зря горюете обо мне сейчас. Когда люди воздавали мне почести, коих достойны только богини, вот тогда надо было причитать, словно я уже мертва. Меня превозносили выше бессмертных богов и тем самым уничтожили. Так ведите же меня скорее к тому месту, что указал оракул. Я сгораю от нетерпения обнять моего нареченного змея, которого боятся даже боги».
Отца и мать она попросила не тратить время и силы, оплакивая ее, и попрощалась с ними. Они оставили ее на вершине и горы и, плача, вернулись в город. Они затворились в своем доме, и для них наступила вечная ночь – ночь скорби.
А Психея осталась одна на вершине горы – бледная и дрожащая. Прилетел легкий бриз – нежный Зефир. Он поднял Психею в воздух и понес ее, а ее свадебные одежды развевались на ветру; он пронес ее над склоном горы и опустил среди цветов на раскинувшейся у подножия долине.
Зефир проделал все легко и осторожно, не причинив Психее никаких неудобств. Она легла на постель из мягкой травы и благоухающих цветов и уснула. Девушке требовался отдых после суматохи последних дней. Вскоре она проснулась и увидела рощу, в которой бил фонтан воды, чистой, как слеза; неподалеку от фонтана стоял дом.
Психея подумала, что этот дом, должно быть, жилище одного из бессмертных богов. Золотые столбы поддерживали крышу. Арки были сделаны из кедра и кости. Стены украшали серебряные решетки. Перед домом резвились животные – кролики, и белки, и олени, а на деревьях пели невиданные птицы. Каждая дорожка, ведущая к дому, была выложена камнями, которые образовывали картину.
Девушка пошла по дорожке. Она переступила порог и вошла в дом. Там было множество красивых вещей, но нигде не было видно ни замков, ни цепей, ни охранников. Она осмотрела дом, и он привел ее в восторг. Неожиданно она услышала голос, который проговорил: «Госпожа, все, что находится здесь, принадлежит тебе. Отдохни, пусть уйдет твоя усталость. Мы, чьи голоса ты слышишь, твои слуги. Как только пожелаешь, тебе будет подана трапеза, достойная царицы».
Психея отправилась спать, уверовав, что некое божественное существо взяло на себя заботу о ней. Проснувшись, она приняла ванну и села за стол. Для нее был приготовлен не завтрак, а настоящий пир. Но она никого не видела. Она слышала голоса, но те, кто служили ей, оставались невидимыми. Когда трапеза подошла к концу, некто невидимый вошел в комнату и запел для нее. Он пел под аккомпанемент арфы, на которой играл тоже кто-то невидимый. Наступил вечер, и невидимые руки зажгли лампы. Потом те же руки погасили огни, и к Психее, лежавшей в постели, пришел жених. Он ушел перед рассветом, и она стала его женой.
День был прекрасен, для нее пели невидимые менестрели, она слышала их чудные голоса и звуки восхитительной музыки. Пришла ночь, огни загорелись, потом погасли, и к Психее, как и накануне, явился ее муж. И так же как накануне, он ушел перед рассветом. Так продолжалось много дней и ночей. И однажды ночью муж сказал жене:
– О Психея, моя супруга и моя любовь. Счастье отвернулось от нас. Над тобой нависла смертельная угроза. Послушай! Твои сестры собираются искать тебя. Они придут на вершину горы, где оставили тебя. Но если их крики донесутся до тебя в этом жилище, ни в коем случае не отвечай и не выходи. Если ты ослушаешься меня, то навлечешь несчастья на нас обоих. Я прошу тебя поступить именно так, но ты вольна сделать как хочешь.
Психея обещала, что сделает все, как велел ее супруг. Он опять ушел перед рассветом, когда еще не рассеялась тьма. В тот день Психея услышала голоса сестер, которые звали ее по имени. Оставаясь в одиночестве в доме, где не было никого, кроме бесплотных голосов, она подумала, что действительно умерла и навсегда отрезана от сестер и родителей. Она знала, как сильно они горюют, и расплакалась, понимая, что никак не может их утешить. Ночью пришел ее супруг. Целуя ее лицо, он почувствовал, что оно влажное от слез.
Он выразил свое недовольство, она еще сильнее расплакалась. Перед рассветом он сказал:
– Пусть будет как ты хочешь. Сделай так, чтобы твое сердечко больше не болело. Но, принимая решение, прошу тебя, Психея, не забывай о моем предостережении.
Все это он сказал после того, как она, плача, заявила, что умрет, если не сможет увидеться с сестрами, которые ее ищут.
– Я скажу тебе только одну вещь, – добавил он. – Если они придут сюда к тебе, одари их любыми подарками, какими только захочешь, но ничего не рассказывай им обо мне. Ты знаешь меня, твоего мужа. Но твои сестры знать меня не должны. Ничего не отвечай им на вопросы о моем телесном облике. Если ты это сделаешь, мы больше никогда не сможем обнять друг друга.
Психея продолжала горько плакать. Она сказала, что лучше сто раз умрет, чем откажется от его страстных объятий. Супруг смягчился, и его речи стали менее суровыми. Тогда Психея сказала:
– Ради любви, которую я отдала тебе всю без остатка, пусть Зефир принесет сюда моих сестер так же, как принес меня.
Супруг пообещал сделать это и, прежде чем первые лучи рассеяли предрассветную тьму, исчез.
II.
Ее сестры пришли на место, где оставили Психею; они искали ее следы. Ничего не обнаружив, они стали плакать, и их рыдания становились все громче. Прилетел Зефир. Он поднял их и перенес с вершины горы вниз. Он опустил их на лужайку, расположенную перед жилищем Психеи.
Она услышала голоса сестер; она вышла из чудесного дома и пригласила их внутрь.
– Войдите, – сказала она, – и забудьте о своей скорби в обществе Психеи, вашей сестры.
Она показала им все сокровища своего диковинного жилища; они слышали голоса, видели, как невидимые руки прислуживают Психее. Ее сестры были удивлены и восхищены, но вскоре восторг сменился завистью.
– Кто он, – спрашивали они, – твой таинственный супруг и хозяин всех этих чудес?
– Молодой мужчина, – отвечала Психея. – Я бы вас обязательно познакомила, но большую часть дня он охотится в горах.
Потом, чтобы тайна не сорвалась с ее уст, она одарила сестер золотом, драгоценностями и другими подарками, словами, которые слышала от мужа, вызвала Зефира и приказала ему отнести сестер обратно на вершину горы.
Женщины вернулись в свои дома, но их сердца сжигала зависть к богатству Психеи. Они никак не могли забыть, что их, старших сестер, отдали в жены мужчинам, которых они не знали и которые не располагали большим состоянием. А младшая сестра оказалась владелицей таких несметных богатств, что смогла одарить сестер золотом и драгоценностями, словно это для нее простые безделушки. Сколько же еще ценностей хранится в ее доме? Женщины видели золотые короны, усыпанные драгоценными камнями, роскошные украшения... Да там золото просто под ногами валяется! Если же ее супруг так молод и красив, чтобы соответствовать этому дому, тогда ни одной женщине в мире не повезло так, как Психее. Зависть переполняла сестер Психеи, она не давала им спокойно жить, а из зависти, как известно, рождается злоба.
Поразмыслив, сестры пришли к выводу, что супруг Психеи, скорее всего, имеет божественное происхождение и из одной только привязанности к жене может сделать ее богиней. Да, она и вела себя всю жизнь как богиня! Им было невыносимо думать, что их младшая сестра станет одной из бессмертных.
Исполненные завистью и злобой, женщины вернулись в золотой дом и сказали Психее:
– Ты, сестра, глупа и ничего не ведаешь об опасности, которая тебя подстерегает. Ты никогда не видела своего мужа, мы это знаем. Но его видели другие и знают, что это ужасный змей. Вспомни слова оракула: он сказал, что ты предназначена в жены страшному всепожирающему чудовищу. Многие видели, как оно, насытившись, возвращается в этот дом, когда на землю опускается ночь. А теперь ты готовишься стать матерью. Чудовище только и ждет, чтобы ребенок появился на свет, чтобы пожрать и его, и мать. Возможно, ничего для тебя сделать уже невозможно. Змей привязал тебя к этому месту роскошью, богатствами и даже своей отвратительной любовью. Но мы, твои родные сестры, должны, по крайней мере, предостеречь тебя.
Услышав эти слова, Психея позабыла о просьбах мужа и даже о своих обещаниях и с болью в сердце закричала:
– Возможно, те, кто говорят эти страшные вещи, говорят правду. Я действительно никогда не видела лица моего мужа и даже не знаю, на кого он похож. Он не позволяет мне взглянуть на себя, утверждая, что, если я увижу его лицо, случится нечто ужасное. О вы, кто были со мной с моего рождения, помогите, если можете, вашей сестре, которая оказалась в опасности!
Сестры Психеи, исполненные злобы, ответили:
– Мы думали об этом и, нам кажется, нашли выход. Возьми острый нож и спрячь его рядом с постелью. А за занавеской помести зажженный светильник. Когда ты услышишь, что он дышит ровно и спокойно, встань с кровати, возьми лампу и взгляни на него. Держи в другой руке нож. Ты должна собрать все силы и отсечь его змеиную голову. Тогда ты будешь избавлена от участи, которую навлекла на тебя слава о твоей неземной красоте, и сможешь возвратиться в дом своего отца.
Сказав это, сестры поспешно распрощались, и Психея осталась одна. Ее терзали сомнения. Ее одолевали дурные предчувствия. Ей казалось, что над ней нависло страшное несчастье, которое она может отвратить, только если будет сильной и сделает то, что посоветовали сестры. Незаметно наступил вечер, и она торопливо стала готовиться к ужасному деянию. Стемнело, и в темноте к ней явился тот, кого она знала как своего суженого. Через некоторое время Психея услышала ровное и спокойное дыхание – он уснул.
Психея тихо встала. Она, никогда не отличавшаяся физической силой, достала нож и зажала его в правой руке. В другую руку она взяла зажженный светильник и подняла его. И увидела того, кто лежал на кровати. И тогда ей действительно стало страшно. Ноги девушки подкосились, и она едва не вонзила нож себе в грудь. Потому что на кровати лежала сама Любовь – с золотыми локонами, румяными щеками и белоснежной шеей и крыльями, еще влажными он росы. Ее возлюбленный спокойно спал, легкий и нежный, как богиня Венера, его мать. А в ногах кровати лежал колчан со стрелами и лук.
Психея, затаив дыхание, склонилась над ним, чтобы поцеловать в губы. И случилось так, что капля масла из лампы, которую она держала в руке, упала на его обнаженное плечо. Почувствовав ожог, бог проснулся. Он увидел склонившуюся над ним Психею и понял всю степень ее вероломства. Он отвел протянутые к нему руки, встал с кровати и улетел.
Девушка пыталась удержать его, но тщетными были ее усилия. Она не могла вынести обрушившегося на нее несчастья и без сил опустилась на пол. Пришел рассвет, и она через окно увидела своего божественного возлюбленного – он отдыхал на высоком кипарисе, росшем неподалеку. Она не могла даже плакать и звать его. А он в большом волнении заговорил:
– Глупая женщина! Венера, моя мать, приговорила тебя к мукам низкой, недостойной любви. Я не выполнил ее приказ, потому что не хотел, чтобы тебя постигла такая страшная участь. И я пронзил своей стрелой собственную плоть и предназначил тебя себе. Я привел тебя сюда, я сделал тебя своей супругой и дал тебе все. Не думал я, что мог казаться тебе монстром и ты захочешь отсечь мою голову, чтобы навсегда закрылись глаза, полные любви к тебе. Я думал, что ты прислушаешься к моим словам и не дашь обмануть себя тем, кто подготовил тебе ловушку. Но теперь все кончено. Я улетаю отсюда, и это станет тебе наказанием.
Распростертая на полу Психея следила за полетом своего возлюбленного супруга. Когда же расстояние скрыло его от ее глаз, она вскочила на ноги и выбежала на лужайку. Она пошла прочь от дома, в котором жила с Любовью. Долго шла она не разбирая дороги и вышла к реке. В отчаянии она бросилась в ее воды; пастушеский бог Пан в это время сидел на берегу и играл на дудочке. Неподалеку паслось стадо коз. Бог Пан вытащил девушку из реки.
– Я всего лишь пастух, – сказал он, – но я мудр, поскольку живу на свете очень давно. Печаль в твоих глазах и горькие вздохи, вырывающиеся из твоей груди, сказали мне о том, что все твои беды от любви. Послушай меня, юная дева, и не ищи смерти в быстрых водах реки. Забудь на время о своем горе и вознеси молитву Купидону. Это бог, благосклонность которого можно завоевать, так послужи ему.
Психея не нашла в себе силы, чтобы ответить. Она покинула бога Пана и его коз и пошла дальше. Она решила отправиться на поиски Купидона, своего супруга, даже если ей придется обойти весь белый свет. А Купидон в это время находился в доме матери. Он очень страдал от раны, которую нанесло ему горячее масло, пролившееся из лампы Психеи. Да и сердце у него тоже болело. Белая птица, принадлежавшая его матери, увидела, что он вернулся, и полетела за моря. Она нашла Венеру, купавшуюся в прозрачном источнике, и сообщила ей, что сын вернулся и очень страдает. Венера отправилась в свое жилище и обнаружила Купидона, испытывающего и физические, и душевные муки. Она выяснила причину его страданий и разгневалась.
– Прекрасно, – вскричала она, – ты не подчинился приказу матери и избавил ее врага от участи, которую она для нее предназначила, – недостойной любви! Да еще и соединился с ней и дал мне невестку, которая меня ненавидит! Но я заставлю вас обоих раскаяться в любви, которая возникла между ней и тобой, и в вашем супружестве будет только горечь! – С этими словами Венера в ярости покинула свой дом.
III.
Психея бродила по свету в поисках своего возлюбленного супруга, надеясь унять его гнев супружескими ласками, если же он не примет ее как жену, стать его преданной служанкой. Однажды, увидев храм на вершине горы, она направилась к нему в надежде отыскать там хотя бы какие-нибудь следы своего господина. В храме были колосья пшеницы, увязанные в снопы или сплетенные в венки; там также были колосья ячменя, серпы и прочие орудия жнецов. «Я не могу, – подумала Психея, – обходить святыни и пренебрегать службой другим богам и богиням и должна стараться трудами своими завоевать благосклонность их всех». И она навела порядок, разложила серпы и инструменты жнецов, колосья и зерно по местам.
Церера, богиня урожая, нашла ее за работой. Богиня знала, что Психея – супруга Купидона.
– Ах, Психея, – сказала Церера, – разгневанная Венера идет за тобой по пятам. Она ищет тебя, чтобы заставить заплатить за все неприятности, которые она претерпела по твоей милости, а я случайно нахожу тебя здесь, в моем храме, занимающейся делами, которыми положено заниматься мне.
Тогда Психея пала к ногам богини и, подметая пол своими прекрасными волосами, омывая ноги богини своими слезами, попросила ту, что принадлежала к сонму бессмертных, смилостивиться над ней.
– Позволь мне укрыться на несколько дней среди твоих снопов и кип зерна, восстановить силы, утраченные в долгой дороге, коротким отдыхом!
Но Церера ответила:
– Твои слезы трогают меня, и я бы хотела тебе помочь. Но я не хочу навлечь на себя гнев могущественной родственницы. Поэтому уходи отсюда, и как можно быстрее.
И Психея, лишившись последней надежды, пошла прочь из храма. Она долго шла по сумрачным лесам, которые росли в долине у подножия горы, и увидела еще один храм. Она увидела богатые дары, сложенные у двери и висящие на ветках растущих у входа деревьев. Золотыми буквами у входа было написано имя богини, в честь которой был построен храм. Психея вошла внутрь, преклонила колени, протянула руки к алтарю и вознесла горячую молитву.
– О Юнона, сестра и супруга Юпитера, ты, которую называют доброй и благодатной. Смилуйся над моей несчастной судьбой. Ты всегда охотно помогаешь женщинам в родах. Молю тебя, избавь меня от гибели, грозящей мне.
И пока Психея горячо молилась, перед ней предстала сама богиня Юнона, сестра и супруга Юпитера, во всем своем величии и великолепии. Богиня ответила:
– Меня тронула твоя молитва, но против воли Венеры, которую я всегда любила, как дочь, я не могу дать тебе то, что ты просишь.
Психея покинула храм и, чувствуя себя совсем несчастной, подумала: «Куда мне теперь идти? Где я могу укрыться от всевидящего ока Венеры? Лучше уж предстать перед ней, признать в ней хозяйку и принять любое наказание, какое она пожелает». Приняв решение, Психея направилась прямиком к жилищу Венеры. В глубине души она лелеяла надежду, что в доме матери она найдет и того, по ком истосковалось ее сердце.
Когда Психея подошла к дому Венеры, ей навстречу выскочила одна из служанок и закричала:
– Негодная девчонка, значит, ты наконец поняла, кто твоя хозяйка? – С этими словами она схватила Психею за волосы и потащила в дом пред светлые очи великой богини.
Увидев несчастную девушку, Венера рассмеялась и сказала:
– Ты все же соблаговолила предстать перед свекровью? Это радует. Теперь я позабочусь, чтобы ты стала покорной и почтительной невесткой. – Сказав это, она взяла ячмень, просо и много других зерен, смешала их и высыпала в большую кучу. – Полагаю, что такая простая девушка, как ты, может завоевать возлюбленного только своим умением и работоспособностью. Приступай к работе и покажи, как ты с ней справишься. Отдели зерна друг от друга и помни, что работа должна быть закончена к вечеру.
Венера ушла, а Психея опустилась на пол и без всякой надежды уставилась на зерна. Она понимала, что не сможет выполнить порученную ей работу. Часы шли, а девушка все сидела без движения у груды зерна. Мимо нее прополз маленький муравей. Он сжалился над девушкой и привел целую армию своих собратьев. Он сказал им, что они должны пожалеть супругу Любви и помочь ей выполнить задание. Муравьиная армия очень быстро справилась с сортировкой зерна и уползла восвояси.
К ночи вернулась Венера. Она увидела, что работа, порученная ею Психее, выполнена, и пришла в ярость.
– Это не твоя работа! – закричала она. – Тот, в чьих глазах ты находишь благосклонность к себе, научил тебя, как это сделать.
Великая богиня удалилась, но рано утром снова призвала пред свои очи Психею.
– В той роще, что у стремительного потока, пасутся овцы, шерсть которых сияет золотом. Принеси мне кусочек этой шерсти, а как ты ее добудешь, меня не касается.
И Психея отправилась выполнять задание. Она остановилась перед стремниной, решив, что найдет долгожданный отдых в ее глубинах. Но тут она услышала голос, это шептал зеленый тростник, родитель музыки. Он сказал:
– О Психея, не стоит загрязнять эти воды своим мертвым телом. Я расскажу тебе, как достать кусочки шерсти тех овец. Ложись под тем деревом и отдыхай, жди, когда наступит вечер и мерный рокот реки успокоит отару. Потом иди к деревьям, под которыми они паслись, и собери с них клочки шерсти, которые зацепились за ветки и листья.
Психея, получив совет от простого тростника, сделала все в точности, как он сказал. Тихим вечером она зашла в рощу и собрала с листьев и ветвей клочки золотой шерсти. Затем она вернулась к Венере. Богиня мрачно усмехнулась и сказала:
– Мне отлично известно, от кого ты получила помощь, впрочем, ладно, я все равно еще не закончила с тобой. Ты видишь самую дальнюю вершину той горы? Темный поток, который течет с нее, орошает стигийские поля. Ты должна принести мне в этом маленьком кувшине глоток воды из ее источника, находящегося глубоко внутри горы. – Сказав это, Венера вложила в руки девушки хрустальный сундук.
Психея отправилась в горы. Теперь она искала только место, где могла бы положить конец своей несчастной жизни. Она подошла к скале – отвесной и гладкой. На этой скале брала начло река, воды которой с ревом падали вниз в невидимый сверху водоем. А с окружающих водный поток скал свисали змеи, они раскачивались и глядели по сторонам немигающими глазами. Психее показалось, что с ней заговорили воды; они на разные голоса шипели, журчали, грохотали: «Что ты здесь делаешь? Оглянись вокруг! Здесь всюду смерть! Ты погибнешь!» Но Психея уже неспособна была бояться. Она молча стояла у воды, словно сама превратилась в камень.
И к ней прилетела птица Юпитера. Она расправила над ней крылья и сказала:
– Смертная женщина! Ты думала, что сможешь похитить каплю воды из этого безжалостного потока, из реки, которая кажется ужасной даже богам? Дай мне скорее твой сосуд!
Орел взял кувшин, наполнил его из источника и вернулся к Психее, спокойно пролетев меж поднятыми головами змей.
Получив бесценный сосуд, Психея почувствовала, что ей снова подарили жизнь. И она со всех ног бросилась к Венере. Но разгневанная богиня, как выяснилось, еще не была удовлетворена.
– Тебе осталось выполнить последнее задание, – сказала она Психее. – Возьми этот ларец и отнеси его Прозерпине. Скажи ей, что Венера хотела бы получить то, что она использует для поддержания своей красоты в количестве достаточном на один день. Скажи ей это и принеси в ларце то, что тебе даст царица Гадеса. И поторопись!
Психея поняла, что ее отправили прямо в лапы смерти. Ей придется идти по собственной воле вниз в царство мрачного Гадеса, где живут души мертвых. Она поднялась на вершину самой высокой башни и подумала: «Я брошусь отсюда вниз и, таким образом, попаду быстрее в царство мертвых, чем если отправлюсь туда своими ногами». Но башня заговорила с девушкой; она сказала:
– Глупая девчонка! Если душа покинет твое тело, ты, конечно, сразу попадешь в царство Гадеса, но уже никогда не вернешься на землю. Послушай меня. Недалеко отсюда есть гора, а в ней пещера, из которой открывается дорога в нижний мир. По ней можно дойти до замка Орка. Но только ты не должна идти с пустыми руками. Возьми в каждую руку по куску ячменного хлеба, смоченного в гидромеле[21], а во рту держи две монеты. Когда ты пройдешь часть пути, ты догонишь хромого осла, везущего хворост, и хромого возницу. Он станет просить тебя подать ему веревки, чтобы привязать хворост, падающий со спины осла. Не обращай на него внимания и молча пройди мимо. Ты выйдешь к реке мертвых. Харон в протекающей лодке перевезет тебя на другой берег. За это ты дашь ему одну монету. Но ты должна отдать ее так, чтобы его рука взяла монету из твоих губ. Когда ты будешь переезжать через реку, из воды поднимется старик; он будет протягивать к тебе руки и молить втянуть его в лодку. Но помни, ты не должна поддаваться жалости.
Когда ты окажешься на другом берегу, тебя окликнут седоволосые пряхи и станут просить помочь им. Помни, ты ни в коем случае не должна прясть. Если ты им поможешь, ты бросишь один из кусков хлеба, которые держишь в руках. Запомни хорошенько: потеря даже одного куска хлеба будет означать, что ты больше никогда не увидишь дневного света. У порога дома Прозерпины лежит сторожевой пес. Ты дашь ему один кусок хлеба, и он впустит тебя внутрь. Тогда ты предстанешь перед Прозерпиной. Передай ей послание, возьми то, что тебе даст царица мертвых, и возвращайся обратно. Дай псу второй кусок хлеба, а перевозчику – вторую монетку, которая еще останется у тебя во рту. После этого ты сможешь вернуться на землю. Знай: ты не должна открывать ларец и смотреть на божественные средства, которые там лежат».
Так сказали камни башни, и Психея учла все советы. Она вошла в одинокий дом Прозерпины. Она не стала отдыхать на кушетке, стоявшей в комнате, отказалась и от предложенной ей пищи и скромно села у ног богини. Она передала послание и стала ждать. Прозерпина наполнила ларец, захлопнула крышку и подала ларец Психее. Девушка вышла из дома. Она помнила о куске намоченного хлеба, который должна была дать собаке, и о монетке для перевозчика. Психея вышла из пещеры на дневной свет и заторопилась к дому Венеры. По пути она подумала: «В моих руках божественная красота. Возможно, я могла бы взять для себя маленькую частичку, чтобы вернуть любовь того, кого я так долго ищу». Она приоткрыла крышку ларца, но что это? Внутри был только сон, такой, каким спят мертвые. Сон овладел Психеей, она опустилась на землю и больше не шевелилась.
А в это время Купидон, излечившись от ожога и тоскуя о своей возлюбленной Психее, вылетел из дома своей матери. Он нашел Психею лежащей на земле во власти тяжелого беспробудного сна. Юноша стряхнул с нее сон. Он разбудил девушку, пощекотав ее кончиком стрелы. Потом он взлетел и поднимался все выше и выше, пока не достиг небесного царства. Там правил Юпитер, отец богов и людей. Когда к нему подошел Купидон, Юпитер взял его руки в свои, поцеловал его и сказал:
– Ты, сын мой, очень редко относишься ко мне с должным почтением. Своими быстрыми стрелами ты часто нарушаешь гармонию, которую я создаю. Но ты вырос на моих руках, поэтому я выполню любое твое желание.
Он попросил Меркурия собрать богов. Когда же те собрались, Юпитер обратился к ним с речью:
– О боги, мне кажется правильным, чтобы этот юноша связал себя узами брака. Он выбрал для себя смертную девушку. Так пускай же он будет счастлив, обладая ею вечно.
После этого отец богов велел Меркурию доставить к ним Психею. Девушка поднялась на небеса и предстала перед отцом богов и людей. Тот протянул ей свою чашу с амброзией:
– Выпей это, и ты будешь жить вечно. Купидон никогда не расстанется с тобой.
И боги устроили свадебный пир в честь Купидона и Психеи. Бахус подавал вина всем богам, кроме Юпитера, – ему подавал вино личный слуга. Аполлон пел, аккомпанируя себе на лире. Пан играл на тростниковой дудочке. Венера танцевала. Так Психея, рожденная смертной, стала бессмертной супругой Любви. От Купидона и Психеи родилась дочь, которую люди называли Волюптой.