Русская драматургия XVIII – XIX вв.
Выход второй.
Прежние и князь.
Хозяин.
Ах, князь! я очень рад – прошу-ка без чинов;
Снимите саблю и садитесь,
У нас ужасный бой.
Князь.
О! я смотреть готов.
Арбенин.
А всё играть с тех пор еще боитесь?
Князь.
Нет, с вами, право, не боюсь.
(В сторону.).
По светским правилам, я мужу угождаю,
А за женою волочусь…
Лишь выиграть бы там, а здесь пусть проиграю!..
(Садится.).
Арбенин.
Я нынче был у вас.
Князь.
Записку я читал
И, видите, послушен.
Арбенин.
На пороге
Мне кто-то встретился в смущенье и тревоге.
Князь.
И вы узнали?
Арбенин.
(Смеясь).
Кажется, узнал!
Князь, обольститель вы опасный,
Все понял я, все отгадал…
Князь.
(В сторону).
Он ничего не понял – это ясно.
(Отходит и кладет саблю.).
Арбенин.
Я не хотел бы, чтоб жена моя
Вам приглянулась.
Князь.
(Рассеянно).
Почему же?
Арбенин.
Так, – добродетелью, которой ищут в муже
Любовники, – не обладаю я.
(В сторону.).
Он не смущается ничем… о, я разрушу
Твой сладкий мир, глупец, и яду подолью.
И если бы ты мог на карту бросить душу,
То я против твоей – поставил бы свою.
Играют. Арбенин мечет.
Казарин.
Я ставлю пятьдесят рублей.
Князь.
Я тоже.
Арбенин.
Я расскажу вам анекдот,
Который слышал я, как был моложе;
Он нынче у меня из головы нейдет.
Вот видите: один какой-то барин,
Женатый человек – твоя взяла, Казарин.
Женатый человек, на верность положась
Своей жене, дремал в забвенье сладком, —
Внимательны вы что-то слишком, князь,
И проиграетесь порядком.
Муж добрый был любим, шел мирно день за днем,
И к довершенью благ, беспечному супругу
Был дан приятель… важную услугу
Ему он оказал когда-то – и притом
Нашел, казалось, честь и совесть в нем.
И что ж? мне неизвестно,
Какой судьбой, – но муж узнал,
Что благородный друг, должник уж слишком честный,
Жене его свои услуги предлагал.
Князь.
Что ж сделал муж?
Арбенин.
(Будто не слыхал вопроса).
Князь, вы игру забыли.
Вы гнете не глядя.
(Взглянув на него пристально.).
А любопытно вам
Узнать, что сделал муж?.. придрался к пустякам
И дал пощечину… вы как бы поступили,
Князь?
Князь.
Я бы сделал то же. Ну, а там
Стрелялись?
Арбенин.
Нет.
Казарин.
Рубились?
Арбенин.
Нет, нет.
Казарин.
Так помирились?
Арбенин.
(Горько улыбаясь).
О нет.
Князь.
Так что же сделал он?
Арбенин.
Остался отомщен
И обольстителя с пощечиной оставил.
Князь.
(Смеется).
Да это вовсе против правил.
Арбенин.
В каком указе есть
Закон иль правило на ненависть и месть?
Играют. Молчание.
Взяла… взяла.
(Вставая.).
Постойте, карту эту
Вы подменили.
Князь.
Я! послушайте…
Арбенин.
Конец
Игре… приличий тут уж нету.
Вы
(Задыхаясь).
Шулер и подлец.
Князь.
Я? я?
Арбенин.
Подлец, и я вас здесь отмечу,
Чтоб каждый почитал обидой с вами встречу.
(Бросает ему карты в лицо. Князь так поражен, что не знает, что делать.).
(Понизив голос.).
Теперь мы квиты.
Казарин.
Что с тобой?
(Хозяину.).
Он помешался в самом лучшем месте.
Тот горячился уж, спустил бы тысяч двести.
Князь.
(Опомнясь, вскакивает).
Сейчас, за мной, за мной —
Кровь! ваша кровь лишь смоет оскорбленье!
Арбенин.
Стреляться? с вами? мне? вы в заблужденье.
Князь.
Вы трус.
(Хочет броситься на него.).
Арбенин.
(Грозно).
Пускай! но подступать
Вам не советую – ни даже здесь остаться!
Я трус – да вам не испугать
И труса.
Князь.
О, я вас заставлю драться!
Я расскажу везде, поступок ваш каков,
Что вы, – не я подлец…
Арбенин.
На это я готов.
Князь.
(Подходя ближе).
Я расскажу, что с вашею женою —
О, берегитесь!.. вспомните браслет…
Арбенин.
За это вы наказаны уж мною…
Князь.
О, бешенство… да где я? целый свет
Против меня, – я вас убью!..
Арбенин.
И в этом
Вы властны, – даже я вас подарю советом
Скорей меня убить… а то, пожалуй, в вас
Остынет храбрость через час.
Князь.
О, где ты, честь моя!.. отдайте это слово,
Отдайте мне его – и я у ваших ног,
Да в вас нет ничего святого,
Вы человек иль демон?
Арбенин.
Я? – игрок!
Князь.
(Упадая и закрывая лицо).
Честь, честь моя!..
Арбенин.
Да, честь не возвратится.
Преграда рушена между добром и злом,
И от тебя весь свет с презреньем отвратится.
Отныне ты пойдешь отверженца путем,
Кровавых слез познаешь сладость,
И счастье ближних будет в тягость
Твоей душе, и мыслить об одном
Ты будешь день и ночь, и постепенно чувства
Любви, прекрасного погаснут и умрут,
И счастья не отдаст тебе ничье искусство!
Все шумные друзья как листья отпадут
От сгнившей ветви; и, краснея,
Закрыв лицо, в толпе ты будешь проходить, —
И будет больше стыд тебя томить,
Чем преступление – злодея!
Теперь прощай…
(Уходя.).
Желаю долго жить.
