Обмани-Смерть.

* * *

Несколько следующих месяцев были лучшими и одновременно самыми неприятными в моей жизни. Мы с Хелен жили вместе, но оставались холостяками, которые превыше всего ценят свободу и возможность развлекаться. Она очень много работала, часто уезжала снимать репортажи и отсутствовала неделю, а то и две. Если она была в Лондоне, мы каждый вечер ходили в лучшие рестораны, а в конце недели отдыхали на побережье, останавливаясь в дорогих отелях или у друзей. Людям льстило знакомство с героем, они задавали вопросы, всегда одни и те же, а я отвечал как по писаному и без всякого стеснения рассказывал о своих приключениях. Собеседники интересовались моим мнением о текущей политике и очень внимательно выслушивали ответы. Я мог нести любую банальщину, ее бы все равно восприняли как откровение.

Однажды вечером я слегка «подретушировал» факты. Вышло это спонтанно, мне просто захотелось подать себя в лучшем свете. Я заявил, что ушел из армии, потому что сам так захотел: «Военная политика правительства – чистая катастрофа! Мы стали американским охвостьем, не извлекаем уроков из провалов нашей внешней политики. Пора снова стать самостоятельными, начать бороться с настоящими террористами, отвечать ударом на удар, прибегнуть к собственным методам…» Я разглагольствовал, «публика» слушала. Хелен слушала. Дважды меня спросили, не собираюсь ли я участвовать в выборах. «Нет, у меня планы поинтересней…» Всякий раз, поминая эти самые мифические планы, я понижал голос – сами понимаете, гражданским такие секреты знать не положено. Я интриговал окружающих, не желая объяснять, что план у меня один-единственный – найти работу, а на примете пока ничего нет.

Деньги проблемой не были, сбережения и выходное пособие позволяли много лет плевать в потолок. Я не собирался сидеть сложа руки, но чем заняться на гражданке отставному военному, не имеющему ни профессии, ни рабочих навыков? Минировать корабли, взрывать мосты, бросать гранату на семьдесят футов, вести ночную стрельбу из винтовки с лазерным прицелом, перерезать горло врагу за две секунды? Все эти навыки вряд ли могут пригодиться в Лондоне. Хелен решила помочь. Она считала, что человек, который пятнадцать лет беспрекословно выполнял приказы, брал под козырек, рявкал «есть, сэр!» и щелкал каблуками, похож на умственного инвалида. В некотором смысле она была права, и мне не терпелось доказать, что я не безбашенный вертопрах, вроде героя фильма в жанре экшен, и могу легко переквалифицироваться. Я каждый день изучал объявления в газетах, но работа не находилась.

Как-то раз, ближе к вечеру, позвонила Хелен, что случалось нечасто. Она велела мне записать номер телефона и фамилию ее приятеля: «Он готов предложить тебе потрясающую работу!».

– Какую именно?

– Понятия не имею. Позвони – и узнаешь. Он руководит крупной компанией.

– Правда?

– Сегодня утром я брала у него интервью для репортажа о слабых местах в системах безопасности аэропортов… Сьюзан утверждает, что он классный мужик.