Загадочные существа.
МИФЫ И ЛЕГЕНДЫ О ЗМЕЯХ-ЧУДОВИЩАХ.
На одной из стен древнего ассирийского дворца в Ниневии нарисован морской змей, встреченный ассирийским царем Саргоном II близ острова Кипр.
Мифы Древней Эллады свидетельствуют в той или иной форме о встречах людей с морскими чудовищами — драконами или огромными змеями. Драконы — частые обитатели мифов. Но вот в какой мере реальность соответствовала мифам?
В одном из мифов упоминается чудовищный змей Пифон, в темной пещере охранявший тайны Геи, ма-тери-Земли. Аполлон овладел оракулом, сразившись с Пифоном и убив его. На месте своей победы Аполлон основал храм и учредил Пифийские игры. Дельфийский оракул стал одним из главных прорицалищ в эллинском мире.
В другом мифе рассказывается, как Персей после убийства горгоны Медузы посетил Эфиопию, где увидел дочь царя Кефея Андромеду привязанной на берегу для принесения в жертву морскому чудовищу. Чудовище это «наслал Аполлон», заодно устроив и наводнение. Персей убил чудовище и освободил Андромеду. В некоторых источниках этот поединок описывается достаточно подробно.
Один из подвигов Геракла — путешествие в страну амазонок за поясом царицы Ипполиты. Возвратившись из похода, Геракл отправился в Трою, на которую на этот раз Посейдон «…наслал морское чудовище, приносимое приливом и похищавшее всех встречавшихся на равнине людей». Прорицатель предсказал, что чудовище оставит Трою в покое, если царь Лаомедонт отдаст свою дочь Гесиону ему на съедение. Лаомедонт велел привязать девушку к прибрежной скале и оставить одну. К счастью, Геракл появился вовремя, он убил чудовище и спас Гесиону. Так, во всяком случае, пересказывает греческие мифы автор «Мифологической библиотеки» Аполлодор, живший предположительно в I веке до н. э.
В «Илиаде» Гомера упоминается стена, которую воздвигли троянцы и богиня Афина, чтобы защитить Геракла от морского чудовища. Наконец, совершенно реалистически выглядит приводимое Вергилием (70–19 до н. э.) описание трагедии, происшедшей с Лаокооном накануне падения Трои. К слову сказать, между событием и описанием — многие сотни лет. Очевидно, автор пользовался какими-то не дошедшими до нас источниками.
Лаокоон, что Нептуна жрецом был по жребию избран,
Пред алтарем приносил быка торжественно в жертву.
Вдруг по глади морской, изгибая кольцами тело,
Две огромных змеи (и рассказывать страшно об этом).
К нам с Тенедоса плывут и стремятся к берегу вместе:
Тела верхняя часть поднялась, над зыбями кровавый.
Гребень торчит из воды, а хвост огромный влачится,
Влагу взрывая и весь извиваясь волнистым движеньем.
Стонет соленый простор: вот на берег выползли змеи,
Кровью полны и огнем глаза горящие гадов,
Лижет дрожащий язык свистящие страшные пасти.
Мы без кровинки в лице разбежались; змеи же прямо.
К Лаокоону ползут и двоих сыновей его, прежде.
В страшных объятьях сдавив, оплетают тонкие члены,
Бедную плоть терзают, язвят, разрывают зубами;
К ним отец на помощь спешит, копьем потрясая, —
Гады хватают его и огромными кольцами вяжут,
Дважды вкруг тела его и вкруг горла обвившись.
И над головой возвышаясь чешуйчатой шеей.
Тщится он разорвать узлы живые руками,
Яд и черная кровь повязки жреца заливает,
Вопль, повергающий в дрожь, до звезд подъемлет несчастный.
…Оба дракона меж тем ускользают к высокому храму,
Быстро ползут напрямик к твердыне Тритонии грозной,
Чтобы под круглым щитом у ног богини укрыться.
Если сопоставить это описание с рассказами современных очевидцев, отмечается их совпадение во многом.
Так, у Вергилия и у Всеволода Иванова, наиболее подробно описавшего чудовище, фигурируют огромные змеи. «Тела верхняя часть поднялась над зыбями», — пишет Вергилий. Этот же момент выныривания из воды фиксируется и в рассказах В. Иванова и других очевидцев. «Гребень кровавый торчит из воды» — быть может, это «грива»? Змеи плывут «извиваясь волнистым движеньем» — это ли не описания современников? «Терзают бедную плоть» — вспомните страшные раны дельфинов. Есть, правда, один нюанс: вряд ли змея терзает плоть — она душит, заглатывает, но не терзает. Впрочем, удушение тоже зафиксировано — змеи дважды обвиваются вокруг тела и горла. Заключение уже несколько иное: «Оба дракона меж тем ускользают…».
Видимо, эти существа похожи на змей, но не вполне соответствуют нашим представлениям об этих животных.
Гигантский змей или чудовище упоминается в трудах многих других античных авторов — Аристотеля, Сенеки, Плиния, Еврипида. Вот свидетельство Прокопия Кесарийского:
«Тогда же было поймано и то морское чудовище (кит), которое византийцы называли Порфирием. Это чудовище больше пятидесяти лет мучило Византию и прилегающие к ней местности; правда, оно делало это с большими иной раз перерывами. Оно потопило много судов, моряков с многих кораблей оно своим стремительным нападением заставляло теряться и разгоняло их очень далеко.
Император Юстиниан очень заботился поймать это чудовище, но никак не мог сделать это. Как удалось поймать его теперь, сейчас расскажу.
Случилось, что море было совершенно гладкое и спокойное, и у устья Эвксинского Понта плавала очень большая стая дельфинов. Внезапно, увидя чудовище, они рассыпались, кто куда мог; большинство кинулось к устью реки Сагарис. Захватив некоторых из них, чудовище тотчас же их проглотило. Но затем под влиянием ли голода или жажды борьбы оно продолжало их преследовать, пока незаметно не подплыло близко к берегу. Попав здесь на глубокий ил, оно стало биться и всячески двигаться, чтобы возможно скорее уйти отсюда, но никак не могло уйти с отмели, а еще сильнее засасывалось илом и грязью.
Когда слух об этом прошел по всем окрестностям, люди бегом бросились сюда и, поражая его непрерывно всякого рода топорами, не только его убили, но и вытащили крепкими веревками на берег. Положив его на телеги, они нашли, что длиной оно приблизительно локтей тридцать, шириной — десять. Разрезав и разделив его на части, некоторые сейчас же съели свою долю, другие же решили доставшуюся им часть засолить».
Чудовище выбрасывается на берег в погоне за дельфинами. Как видим, Прокопий упорно называет это существо чудовищем, а не китом. Можно предполагать, что это существо было китообразным, возможно касатка.
Общая ниточка к современным наблюдениям: существо охотилось на дельфинов и пожирало их. Надо полагать, раны, которые оно наносило дельфинам, выглядели не менее ужасно, чем те, которые наблюдал П. Г. Семеньков.
В православной церкви широко распространены иконы, отображающие «Чудо о змие». На иконах, особенно иконах старых, начиная с XI–XII веков изображен Георгий Победоносец, поражающий змия или дракона.
А. В. Рыстенко, автор капитального исследования сюжета о Георгии и драконе, утверждает, что в основе легенды лежит реальный факт и лишь позже образы легенды обрели аллегорический смысл.
Георгий, знатный юноша из Капподикии (Никодимии), воин-христианин, появился возле языческого города в Ливане (по другим данным, в Ливии). Происходило это событие во времена императора Диоклетиана. Близ города находилось болото, в котором неожиданно появился змей (или дракон). Как обычно описывается в легендах, чудовище ежедневно съедало юношей и девушек. С помощью молитвы Георгий поражает чудовище мечом, спасает дочь правителя города, население которого принимает христианство.
Рассказ «Чудо Георгия о змие» создан в среде восточного монашества и восходит к устным традициям V–VI веков. Поскольку в составе фауны тех мест, где Георгием был совершен подвиг, в наши дни нет крупных пресмыкающихся, А. В. Рыстенко считает, что легенда о благородном воине соединена с древними сказаниями Индии, Египта, Вавилона, основанными на реальных фактах.
Нам представляется, что подвиг Георгия основан на реальных, местных фактах. Существование какого-то животного в Восточном Средиземноморье в прошлом, когда население было относительно редким, даже более вероятно, чем в наши дни. Небезынтересно, что на некоторых древних православных иконах Георгий побеждает дракона, на некоторых — огромную змею. Иными словами, легенда ответа на вопрос, ящер это или змея, не дает.
Прототип другого святого — Федора Стратилата — убивает змея возле города Гераклеи (ныне турецкий город Эрегли на Черном море). Легенда перекликается с рассказом о святом Георгии.