Том 2. Произведения 1938–1941.

«Ночь каменеет на мосту…».

Ночь каменеет на мосту, Холодный снег и сух и прост. Послушайте, трактир мой пуст, Где звезды лошадиный хвост.   У загнанного неба мало   Глядят глаза на нас, когда   Влетают в яркие вокзалы   Глухонемые поезда;       Где до утра       Ревут кондуктора. А ночь горбатая взрастает до зари, И хмуро жмурятся от снега фонари.   Надень меха!   По улицам пройдись!   Она тиха   Воров безумных летопись. Черный Гарри крался по лестнице Держа в руке фонарь и отмычки; А уличные прелестницы Гостей ласкали по привычке.   Черной ночью сладок мрак   Для проделок вора.   Трусит лишь один дурак   В серых коридорах. О пустынный кабинет, Электрический фонарик! Чуть скрипит сухой паркет, – Осторожен тихий Гарри,   А в трактире осталась та,   Ради которой он у цели.   О, красавица твои уста   И они участвуют в деле! Вот уж близок темный шкаф С милыми деньгами. Но предстал нежданно граф С грозными усами.   И моментально в белый лоб   Вцепилась нуля револьвера.   Его сложила в нищий гроб   Не сифилис и не холера. Не пойте черноглазых од Над жертвою слепого рока. Пусть месяц скорбный идиот Целует руки у востока.