Народные русские сказки А. Н. Афанасьева в трех томах.

416.

Записано в Нижнедевицком уезде Воронежской губ. Н. И. Второвым.

AT 1137 (Ослепленный одноглазый великан). Наряду с многочисленными сказками этого типа на европейских языках в AT учтены только турецкие и индийская. Между тем еще дореволюционный этнограф Н. В. Остроумов в статье «Одисеев Полифем» в киргизских сказках» (сб.: «Средняя Азия», 1910, вып. III, с. 61—64) указал на широкое бытование сказок об ослепленном циклопе у казахов и других восточных народов России. Русских вариантов — 16, украинских — 17, белорусских — 7. Сюжет известен по памятникам античной литературы: «Одиссея» Гомера (песнь IX), «Метаморфозы» Овидия (кн. XII, Телемак у Полифема), «Сатирикон» Петрония (гл. 43). Первые западноевропейские литературные обработки сказок типа «Полифем» относятся к эпохе средневековья. Известен древнейший сюжет и нартским сказаниям народов Кавказа, и тюркскому героическому эпосу («Книга моего деда Коркута»). У некоторых тюрко-монгольских народов он поныне бытует в разных жанровых формах — сказочной и легендарной. Из многочисленных исследований отметим: Hackman O. Der Poliphemsaga in der Volksüberlieferung. Helsingfors, 1903; Poliwka G. Nachtrage zur Poliphemsaga. — Archiv für Religionswissenschaft. Berlin, 1900, I, S. 305—336; Wesselski, S. 254—256; Жирмунский В. М. Тюркский героический эпос. М.; Л., 1974, с. 589—601. Вслед за В. Гриммом, образ Полифема Афанасьев, придерживаясь мифологической теории, толковал как символ мирового глаза (Поэт. воззрения, II, с. 698—701). В большинстве полных сказочных вариантов «Полифема» герой вместе с товарищами попадает к циклопу; тот пожирает товарищей героя, который его ослепляет и уходит от него под брюхом барана или надев на себя баранью шубу. Последнего эпизода в сказке сборника Афанасьева нет. Она представляет характерную для славянского фольклора разновидность сюжета типа 1137, в котором героем, ищущем беды, выступает одинокий кузнец, а олицетворением беды-лиха — высокая одинокая женщина. В двух ипостасях — мужской и женской — фигурируют циклопы не только в славянском, но и в тюркоязычном фольклоре. Эпизод с золотым топориком, к которому пристала рука кузнеца, является традиционным для сказок типа «Полифем», но отсутствует в «Одиссее» Гомера. Однако, как видно из «Сатирикона» Петрония, этот эпизод приключений Одиссея, входил в иную, чем гомеровская, известную в античном мире версию сказания о Полифеме.