Народные русские сказки А. Н. Афанасьева в трех томах.

266.

Место записи неизвестно.

AT 1930 A* (Богатые люди) + 1889 P + 1889 K (= 804) + 1900 (Человек выбирается из болота, ухватившись за хвост волка). Небылицы о богатых людях, относящиеся к типу 1930 A*, учтены в AT в русском материале, но встречаются и в латышском (Арайс-Медне, с. 237). Русских вариантов — 12, белорусских — 4. Ироническое изображение «богатства» бедняков-молодоженов, близкое к текстам небылиц, приведенным Афанасьевым в примечаниях, дано в стихотворении Некрасова «Молодые» (1866). Эпизод угощения пивом (жижей) имеет соответствие в сказке сибирского сказочника Терентьича, пересказанной в статье К. Авдеевой «Воспоминания об Иркутске» (Отечественные записки, 1848, т. LIX, с. 132—135).

В Примечаниях (кн. IV, 1873, с. 514) Афанасьев привел приговор дружки на свадьбе, напоминающий начало этой сказки: «Пожалуй, сватушко и свахонька, к новобрачному князю хлеба кушать; у нас двор-от под окошком, а изба-то у ворот; у нас-то рогатые скотины — таракан да жужелица, а медные-то посуды — крест да пуговица; а хлеба-то у нас про вас три сусека; в первом сусеке мак, в другом точно так, а в третьем растянись да и ляг. А пива-то у нас про вас наварено три пива: пиво киснет, а другое на крюке виснет, третье пьем — ковшик поднесем да за волосы потрясем, об пол грянем да топком прибавим, да об лавку лбом; только, сват, с этого пива у нас по трое суток с похмелья лежат. (Я. Крживоблоцкий, Костромская губерния, с. 506)».

После слов «насилу выпили» (с. 150) даны два варианта начала этой сказки:

«Вариант 1: Жили мы с дедушкой богато: от наготы и босоты ломились шесты. Было у нас медной посуды — крест да пуговица, рогатой скотины — петух да курица; было у нас денег — сто без девяноста, класть было не во что, а купить мешка не на что; было у нас сто ульев да пятьдесят пчел: которая пчела в поле летит — хвостом вертит, а с поля летит — корову тащит. Лошадка была у дедушки иноходь, а не на чем было выехать: с горы-то сам сойди, а в гору пешком побеги; одной рукой погоняй, другой слезы утирай! Ты впрягать, она лягать; ты орать, она играть! На глади хоть не клади, а в грязи хоть сам повези! Сварили мы с дедушкой два пива: одно пожиже, а другое что вода; выпьешь бурак, станешь как дурак, а стакан поднесешь да четвертным поленом оплетешь — так всяк идет да спотыкается.

Вариант 2: Жили мы богато; было у нас скота рогатого много: десять кошек дойных, два кота езжалых, один кот-виноход. Паханой земли еще больше: печь да полати, да настольные лавки. Посеяли мы на печи-то просо, на полатях семя. Выросло наше просо в косую сажень; мы с дедушкой просо сжали, на печном столбе склали. Кот-виноход увидал мышь да крысу, шмыг за ними, и свалил зерно в корыто. Дедушка просо собирал, бабушка шелуху сдирала. А бабушка была куда резва, на печь три года лезла, да оттуда сорвалась, натрое разодралась; дедушка взял лычко и сшил ее, так она еще десять лет жила. Было у нас пчел много, и что за пчелы! Одна подымает козла, а которая сильна — та свинью да кабана».