«Мальчик, который рисовал кошек» и другие истории о вещах странных и примечательных.

VI.

Гневная речь старика если и не убедила Синдзабуро, то озадачила его. Поразмыслив, он решил-таки последовать совету нинсоми и отправиться в Ситая. Утро еще только разгоралось, а он уже добрался до Янака-но-Сасаки и принялся разыскивать жилище О-Цую. Он обследовал каждую улицу, изучил каждый дом, внимательно прочитал все имена на табличках у ворот, но ничего похожего на дом, о котором упоминала О-Ёнэ, не нашел. Тогда он стал расспрашивать людей. Может быть, кто-нибудь слышал о двух обитающих здесь одиноких женщинах? Но никто о них не слышал. Когда наконец он убедился, что дальнейшие поиски бессмысленны, то решил вернуться к себе домой и, чтобы сократить путь, пошел напрямую – через земли храма Син-Бандзуй-Ин.

Когда он проходил через кладбище, его внимание привлекли два явно новых надгробия. Они располагались рядом. Одно было совсем обычным – такие ставят на могилах людей простого звания. Но другое – огромным. К тому же его венчал монумент, а на нем висел искусно изготовленный бумажный фонарь в виде цветка пиона. Скорее всего, он остался со Дня поминовения мертвых. Синдзабуро вспомнил, что фонарь в форме пиона несла О-Ёнэ, и этот был точно такой же. Это странное совпадение заставило его содрогнуться. Он снова посмотрел на надгробия, но они ничего сообщить не могли – у буддистов на плитах высекают только каймё – посмертное имя усопшего. Тогда он решил зайти в храм, поспрашивать монахов. Служка, которого он остановил, охотно объяснил ему, что большой монумент установили на могиле дочери хатамото Иидзимы Хэйдзаэмона, а маленький принадлежит ее служанке, которую звали О-Ёнэ, – та умерла от горя вскоре после похорон молодой госпожи.

Немедленно в памяти Синдзабуро всплыли слова служанки: «…нам пришлось покинуть наше жилище и уехать. Мы нашли маленький домик в местечке Янака-но-Сасаки. Живется нам теперь непросто – приходится брать работу на дом…» Но теперь они наполнились новым, зловещим смыслом. И ведь на самом деле – очень «маленький домик» и в Янака-но-Сасаки. Но о какой «работе» она говорила?..

Охваченный неподдельным ужасом, молодой самурай поспешил к Юсаю и взмолил того о помощи и совете. Но старик объявил ему, что сам он ничем не сможет ему помочь в таком непростом деле. Все, что он может сделать, так это написать письмо настоятелю храма Рёсэки в Син-Бандзуй-Ин, – может быть, тот сможет помочь юноше.