Княгиня Ольга.

117.

Судя по русским и скандинавским источникам, женщина могла выступать мстительницей за своих убитых родственников — но, как правило, в тех случаях, когда отсутствовали другие мстители (Никольский С. Н. Женщины и кровная месть. По материалам Древней Руси и Скандинавии // Восточная Европа в древности и средневековье. VIII чтения памяти… В.Т. Пашуто. М., 1996. С. 66—69.). К Ольге это уточнение, очевидно, не относилось, ибо кровные родственники у Игоря как раз должны были оставаться.