Темные века. Раннее Средневековье в хаосе войн.
Империя рушится.
Время шло. Стоял VII век. Вестготы отчаянно боролись за расширение границ своего государства, а франки неистово сражались друг с другом. А в это время другое государство, Восточная Римская империя, еще столетие назад, при Юстиниане, бывшее могучим и цветущим, столкнулось с большими неприятностями. Как последняя вспышка костра, который гаснет, начался недолгий период борьбы Восточной Римской империи за свое выживание.
Не прошло и двадцати лет со смерти Юстиниана, как империя оказалась со всех сторон окруженной чужаками. В Европе хозяйничали авары; захватив земли вдоль Дуная, они докатились почти до стен Константинополя. Славянские племена просочились на Балканский полуостров и постепенно обживали его.
На востоке, в Персии, у власти стоял Хосрой II. Именно он, честолюбивый и амбициозный человек, затеял последнюю великую войну между Персией и империей. Невероятно быстро ему удалось овладеть Сирией, Египтом и Малой Азией.
В 626 году, когда на франкский престол взошел Хлотарь II, сын Фредегонды, а королем вестготов сделался Суинтила, владения Восточно-Римской империи сузились до границ города Константинополя и некоторых районов на западе, оставшихся от завоеваний Юстиниана.
И тут в Константинополе появился человек, который, как оказалось, способен решить многие проблемы. Гераклий, родом из Карфагена, из провинции отправился в Константинополь для того, чтобы взвалить на себя все бремя возникших проблем. После длительной подготовки и героических усилий Гераклию все же удалось спасти империю от неминуемой гибели. Он отразил набеги аваров, справился с персами и вернул империи потерянные территории. Пока он занимался этой нелегкой работой, империя потеряла свои владения в Испании, которые уже не удалось вернуть.
Успехи Гераклия оказались временными. Потому что, пока он воевал, на востоке возник другой противник, куда более страшный, чем все другие, — противник, появление которого оказалось фатальным не только для Константинополя, но и для всего средневекового Запада.
Около 570 года, когда Леовигильд, король вестготов, предпринимал отчаянные попытки спасти арианство, лангобарды двинулись на Италию, а Брунгильда и Фредегонда увязли в смертельной вражде, в центре Аравийского полуострова родился мальчик. Его назвали Мохаммед. Этому человек было суждено создать новую мировую религию. Взяв за основу христианские и иудейские постулаты и добавив к ним арабские черты своего времени, он назвал новую религию «ислам». Слово «ислам» означает «повиновение», подчинение воле Создателя. Поэтому людей, которые исповедуют ислам, называют «мусульмане», то есть «покорные».
Пока солдаты Восточной Римской империи сражались с персами, Мохаммеду удалось не только обратить арабские племена в свою веру, но и постепенно превратить их в боеспособную, преданную идеалам новой веры армию. Они были готовы сражаться за ислам и, если надо, умереть за свою веру. Эти люди были убеждены, что смерть в бою против неверных поможет им сразу попасть в рай.
В 632 году Мохаммед умер. Арабы, объединенные общей верой, готовы были сражаться за свои идеалы и за пределами Аравийского полуострова. Прошло всего шесть лет после того, как Восточная Римская империя и Персия заключили мир между собой. Ничто больше не напоминало о страшной войне между двумя государствами, которые затянувшийся конфликт окончательно измотал.
Поэтому, когда арабы двинулись на север, они не встретили особого сопротивления. Так им удалось захватить обширные персидские территории, а также Сирию и Египет, принадлежавшие империи.
Гераклий, который с таким трудом отвоевал имперские территории у персов, теперь увидел, как Сирия и Египет почти без боя сдались арабам. И он решил бросить все силы, чтобы отвоевать их вновь. Но история рассудила иначе: и Сирия, и Египет оказались навсегда потерянными не только для империи, но и для всего христианского мира.
Теперь империя отчаянно пыталась удержать Малую Азию. Малая Азия и Балканский полуостров на восемь веков стали оплотом христианства. Эта небольшая территория, оставшаяся от Римской империи, стала называться Византией. До тех пор, пока не пал Константинополь, византийцы считали себя гражданами Римской империи.
С колоссальным трудом, собрав все мужество, византийцы удерживали восточные границы Малой Азии. И при этом не отдавали ни пяди земли своих западных владений.
Германские королевства на Западе тоже будут втянуты в войну, но это произойдет позднее. На долгое время Византия станет единственной преградой на пути арабов в Европу.
Пройдет полстолетия после смерти Мохаммеда, а западная цивилизация все еще будет относиться к арабам как к далекой и едва ли реальной угрозе. В то время как арабы уже хлынули на запад. Теперь, промчавшись по Египту, они напали на Карфаген. Но Карфаген оказался слишком крепким орешком — византийцы отчаянно сражались за него, и до тех пор, пока Карфаген не пал, западному миру ничто не угрожало.