Темные века. Раннее Средневековье в хаосе войн.
Глава 10. Тьма отступает.
![Глава 10. Тьма отступает. Темные века. Раннее Средневековье в хаосе войн.](Tyemnyye-vyeka-Rannyeye-Sryednyevyekovjjye-v-khaosye-voyin-39.jpg)
Плуг.
Время с 900-го по 950 год можно назвать поворотным этапом, потому что, когда оно миновало, тьма над Европой стала рассеиваться.
Исторический период, о котором мы рассказали в этой книге, был, наверное, временем настоящего упадка Европы. Античная культура древних греков и римлян исчезла под ударами германцев, на смену которым пришли гунны и авары, потом мавры, а за ними норманны и мадьяры.
Эпоха Карла Великого, когда казалось, что тьма рассеется и возникнет новая Европа, плодов не принесла. Бездарные потомки великого короля разрушили все, что он сумел создать. Казалось, что тьма стала еще гуще.
Но история не закончилась. Ведь франки, какими бы ужасными и дикими они ни были, не только заложили основу для будущей европейской культуры, но и пережили все коллизии с момента своего появления в Европе и до конца X века, когда мы уже заговорили о немцах и французах!
Это франки остановили мавров, это франки справились с норманнами. Они гибли от голода и холода, истребляли друг друга в братоубийственных междоусобицах, но так и не исчезли до конца.
Между 900-м и 950 годом упадок и разрушение достигли апогея.
Однако после 950 года во мраке забрезжил свет. Он был еще очень слабым, долгое время почти незаметным. Но он уже появился. Нет, не произошло никаких драматических событий, хронисты не оставили любопытных записей…
Все началось с изменений в сельском хозяйстве, которые повлекли за собой перемены во многих других областях человеческой деятельности.
Сельское хозяйство возникло тысячи лет назад в странах, где достаточно сухая земля. Основной задачей было обеспечить поля водой. Поэтому земледелие развивалось в основном по берегам крупных рек, таких, как Нил, Тигр и Евфрат, где приток воды можно было регулировать при помощи системы каналов.
Страны на северо-западе Европы, в самом сердце Франкского королевства, были совершенно другими. Они были покрыты лесами. Часто шли дожди. Земля была иной: не сухой и легкой, как по берегам Средиземного моря, а тяжелой и пропитанной водой.
Старые методы земледелия, испытанные веками, не оправдывали себя в новых условиях. Поэтому производительность сельского хозяйства во Франкском государстве в эпоху раннего Средневековья была очень низкой.
Проблема заключалась в осушении заболоченной почвы. Выход был найден, когда стали использовать отвальный плуг. Нельзя сказать, что отвальный плуг был совсем неизвестен, однако широкое распространение он получил только после 900 года.
Плуг, которым пользовались в старое время, не мог глубоко вспахивать почву и поэтому был совершенно непригоден. Теперь появилось орудие нового типа, с лемехом. Такой плуг глубоко врезался в почву, поднимал ее наверх и отваливал в сторону. Вспаханное поле было покрыто глубокими бороздами. Земля лежала по краям борозд. Вода утекала по бороздам, испарялась с земли. Подготовленная по-новому почва намного лучше подходила для земледелия.
Почему же отвальным плугом не пользовались раньше? Потому что изобретения бесполезны, когда каждый трудится по отдельности. Отвальный плуг намного труднее тянуть, чем обычный. Одного быка для этого недостаточно. Здесь нужно несколько. А для этого нескольким крестьянам нужно собраться вместе, привести быков и запрячь их. Более того, поле, на котором ты пашешь, в какой-то момент заканчивается. Надо поворачивать и идти в обратную сторону. А повернуть, работая отвальным плугом, непросто. Поэтому пахать удобнее всего на протяженных полосах земли. Даже если эти полосы узкие.
Все, что требовалось для того, чтобы эффективнее всего пользоваться новым плугом, — это организовать некое подобие совместной работы, когда люди трудятся, объединив землю и собрав на ней своих животных. Условия сложились, когда после Карла Великого в Европе появились крупные землевладельцы. Сервы, которые селились у стен замка, хоть и работали на своих клочках земли, все же работали вместе во владениях своего господина.
Следующее изобретение появилось вскоре после плуга, совершившего маленькую революцию в земледелии; оно было еще более простым, чем предыдущее, и называлось лошадиный хомут.
Лошадь намного лучше вспашет поле, чем бык. Дело за малым: ее нужно как следует запрячь. У крестьян того времени лошади были, не было упряжи. Упряжь, которая годилась для быка, оказалась непригодной, поскольку, если на лошадь надеть упряжь от быка, ремень будет давить на дыхательное горло, и чем сильнее лошадь в такой сбруе будет тянуть плуг, тем больше вероятность того, что она может задохнуться. Для лошади требовалась другая сбруя.
Лошадиный хомут представляет собой обитый войлоком полукруг, который кладут ей на шею. Остальная сбруя крепится вместе с хомутом. Таким образом, лошадь может пахать без риска задохнуться. Хомут вошел в обиход в начале X века. Это позволило использовать лошадей не только для передвижения, но и для земледелия. Оказалось, что одна лошадь может не только заменить нескольких быков, но и работает куда быстрее.
Чуть позже появились подковы.
Применение отвального плуга, в который можно запрячь подкованную лошадь, означало повышение продуктивности сельского хозяйства. Теперь крестьяне производили достаточно продовольствия, чтобы прокормить большое количество профессиональных солдат. В Северо-Западной Европе настал век тяжелой кавалерии, которая возникла еще во времена Карла Мартелла.
На авансцену вышли рыцари.
Рыцари.
Тяжелая кавалерия, появившаяся в Европе, не стала тем новым непобедимым войском, в котором нуждались европейские монархи, если вдруг вознамеривались завоевать какую-либо часть света.
К сожалению, рыцари больше напоминали неуправляемую ватагу, слабо дисциплинированную, мало пригодную для тех целей, для которых их когда-то создал Карл Мартелл. Зачастую рыцари расходовали свои силы в междоусобных стычках и мелких конфликтах.
И все же европейское рыцарство стало мощной защитой и гордостью Европы, символом ее побед.
Больше никогда, если не считать монгольского нашествия 1240 года, европейцы не чувствовали себя беспомощными перед нападениями извне. Больше никогда в центре Европы не раздавались молитвы о пощаде, обращенные к свирепым варварам. Потому что между варварами и европейской цивилизацией стояла железная стена — рыцари.
Теперь все было по-другому — рыцари быстро доказали превосходство над ордами врагов. Через полтора столетия они даже отважились отправиться в Крестовый поход в Святую землю, чтобы сражаться там за христианскую веру. Правда, крестоносцы слишком далеко ушли от родных берегов, они не были готовы к долгой и утомительной войне. Однако их начинания не пропали даром — рыцари показали, на что они способны.
Впервые превосходство рыцари явили во времена немецкого короля Оттона I.
Оттон начал свое царствование с благими намерениями вернуть славное время Карла Великого. Он сам назначил королем и велел короновать себя в Ахене во дворце Карла. Затем Оттон начал подчинять себе немецких дворян, побеждая их в открытом бою, лишая важных должностей, на которые Оттон назначал своих родственников.
Некоторые из феодалов, с которыми расправился Оттон, отчаявшись, обратились за помощью к мадьярам. Тогда на поле брани сошлись две силы: рыцари против мадьярской конницы.
Мадьяры образовали гигантское войско, которое в былые века могло снести все на своем пути. Против них вышел Оттон с рыцарями, которые собрались со всех концов его королевства. 10 августа 995 года на реке Лех, недалеко от Аугсбурга, обе армии встретились. Это место в Южной Баварии и сегодня известно как Лехфельд, в переводе — «Лехское поле».
Мадьяры переправились через реку, чтобы атаковать. Это был очень опасный маневр, который должен был привести к победе. Но не привел. Мадьяры не поверили своим глазам, разглядев, что железное войско на своих конях подобно монументам возвышается перед ними. Рыцари не отступили ни на шаг.
Атака захлебнулась, строй распался, после, чего венгерские всадники в страхе бежали. Они в панике кидались обратно в реку, давя друг друга. Потери были огромными. Несмотря на преувеличения, которые вполне могли допустить более поздние хронисты, значение этой победы было неоценимым. Потому что после битвы при Лехе мадьяры больше ни разу не осмелились напасть на Европу.
Для германцев угроза со стороны мадьяр исчезла навсегда. Вскоре после битвы при Лехе бывшие свирепые варвары стали добрыми христианами. Победа при Лехе настолько прославила Оттона, что он получил прозвище Оттон Великий.
Оттон чувствовал, что солнце его славы находится в зените. Еще до битвы при Лехе Оттон отправился в Италию, как когда-то Карл Великий. Для этого у него был весьма романтический повод, как писали хронисты. Согласно легенде, внук Беренгара, последнего императора Каролингов, Беренгар II держал в заточении Аделаиду Бургундскую, молодую красивую вдову. Оттон явился, чтобы спасти пленницу. Это ему удалось, и в 951 году он женился на Аделаиде, сделав ее королевой.
Последний итальянский император династии Каролингов, Беренгар, вошел в историю как наиболее сильный правитель Италии, который, по существу, держал в своей власти папу.
В 955 году папой стал Иоанн XII. Это произошло в тот же год, что и битва при Лехе. Папа, да и не только он, видя Оттона, думал наверное, что Карл Великий воскрес. Поэтому в 961 году, когда терпеть угрозы со стороны Беренгара уже не было сил, Иоанн XII обратился к Оттону, как когда-то Лев III воззвал к помощи Карла Великого.
Оттон откликнулся на призыв и двинулся в путь, остановившись на время в Павии, которая за два столетия до этого была столицей Ломбардского королевства. Игра в Карла Великого увлекала и Оттона. Поэтому, подобно могучему владыке Франкской империи, Оттон провозгласил себя королем ломбардцев.
После этого Оттон направился в Рим. Там в 962 году прошла торжественная церемония коронации — Оттон стал императором.
Императорский титул, превратившийся в пышное ничто за тридцать восемь лет, прошедших со смерти Беренгара I, теперь достался тому, кто мог носить его по праву. Более того, императором стал самый влиятельный монарх на Западе. Этого не происходило со дня смерти Людовика Благочестивого, скончавшегося за сто лет до коронации Оттона. Начиная с Оттона императорами становились достойные люди. Возможно, они и не были такими могучими и властными, как он, но это были первые короли Европы. Больше никогда императорская корона не становилась игрушкой в руках бездарных царьков.
С коронации Оттона начинается история Священной Римской империи[32]. Римской империю назвали в честь былой славы Римского государства времен античности. Оттон стал императором Римской империи. Приставка «Священная» должна была символизировать близость государства к церкви.
Священная Римская империя возникла в то время, когда эпоха Каролингов близилась к концу. Закат Каролингов продолжался двадцать пять лет и завершился со смертью Людовика V, последнего короля-франка. У Людовика был дядя по имени Карл. Этот Карл, может быть, и мог бы стать продолжателем династии Каролингов. Однако аристократы всячески противились этому. Поэтому на месте Карла возник Гуго Капет.
Гуго решил действовать тем же способом, что и Пипин Короткий когда-то. Поэтому он обратился к своему давнему союзнику, архиепископу Реймсскому Адальберону, который объявил, что короля принято избирать и что трон вовсе не является личной собственностью одних Каролингов. Секретарь архиепископа Герберт, самый видный ученый того времени, подготовил необходимые документы. Таким образом, Адальберон и Герберт сделали возможными выборы Гуго Капета королем. Он стал королем того государства, которое сейчас называется Францией.
Справедливости ради надо сказать, что власти у Гуго Капета было несколько меньше, чем у последних Каролингов. Ему постоянно приходилось сражаться со своенравными дворянами.
Гуго Капет, однако, был храбрым королем, положившим начало целой династии великих королей. На протяжении следующих девяти веков в жилах каждого французского короля текла кровь Гуго Капета[33].
Так исчезло государство франков. На его месте возникли Франция и Священная Римская империя, на первый взгляд разные, но слепленные из одного теста. Революция, произошедшая в сельском хозяйстве, позволила обеим странам обзавестись не только запасами продуктов, но и серьезными армиями, состоящими из профессиональных солдат. Основы для будущего процветания были заложены.
В этой атмосфере относительной безопасности и процветания появились первые ростки учености. Тот слабый огонек, который когда-то зажег Карл Великий в эпоху Каролингского Возрождения, то затухал, то появлялся вновь, но так и не исчез до конца.
Теперь пламя разгорелось. Оно еще не окрепло, но в Европе прибавлялось ученых людей. У истоков просвещения стоял ученый и священник, который помог Гуго Капету стать королем. Этого человека звали Герберт.
Книги.
Происходящие перемены затронули не только Герберта, но и Святой престол.
В то время как Европа экономически и политически начинала развиваться, папы оставались безвольными и малоавторитетными. Даже после коронации Оттона в Риме ситуация не изменилась к лучшему. Более того, Оттон намного жестче держал папу в своей власти, чем когда-то Карл Великий.
Когда через год после коронации Иоанн XII, раздраженный высокомерными манерами Оттона, решил, что Беренгар II как-никак более сносный император, Оттон отреагировал мгновенно. В 963 году он сместил папу с должности, посадив на его место нужного человека — Льва VIII.
Этим Оттон не ограничился: он взял в плен Беренгара и увез его в Германию. Беренгар умер в 966 году в заточении. Так прапраправнук Карла Великого умер в плену у императора-саксонца. Если бы Видукинд воскрес, он, несомненно, был бы удовлетворен.
Почти тридцать лет после Льва VIII унылая вереница незаметных пап сменяла друг друга, пока на сцене не появился Герберт, французский ученый, обладавший энциклопедическими познаниями. В 970 году он был представлен самому императору и какое-то время был наставником его внука, тоже Оттона.
Позже Герберт отправился в Реймс, где служил секретарем архиепископа и где оказался втянут в переговоры, в результате которых Гуго Капет избирается королем. Позднее Герберт сам стал архиепископом Реймсским. В 999 году не без участия внука Оттона Великого, императора Оттона III, своего воспитанника, Герберт становится папой, взяв себе имя Сильвестр II.
Он умер в 1003 году, пробыв на Святом престоле всего четыре года. Однако то, что он сумел сделать, невозможно переоценить. Есть, пожалуй, что-то мистическое в том, что такой человек был папой в 1000 году.
Сильвестр II — самый известный ученый своего времени. Он знаменит не только познаниями в теологии, которая интересовала его больше всего. Он совершил дело неслыханное со времен Боэция, жившего за пять веков до Сильвестра: папа был поборником светской науки!
Сильвестр II изучал доступные труды древних ученых и философов. Он стал пользоваться абаком для математических вычислений, ввел в обращение арабские цифры. Папа конструировал часы и астрономические приборы. В эпоху невежества и суеверий кто-то обвинял его в колдовстве и связи с нечистой силой, но многие начинали понимать, что никакого вреда в научной работе нет.
Важнее всего то, что Сильвестр бережно собирал и хранил античные манускрипты и других убеждал делать то же. При этом папе приходилось преодолевать общественное мнение, видевшее в наследии античности проделки нечистого.
Герберт дал толчок к спасению не только античной науки — он обратил внимание на древние арабские рукописи, которые стали переводить на латынь.
Появились первые рукописные книги. Это были копии трудов Аристотеля и Платона, Евклида и Лукреция и многих других. С каждой новой книгой свет знаний разгорался все ярче.
Деятельность Герберта стала первым шагом навстречу этому свету. Так политическое и экономическое развитие Европы было дополнено и упрочено интеллектуальным поиском.
В заключение подчеркнем, что в этой книге мы рассказали о периоде человеческой истории, продлившемся больше тысячи лет. Мы видели, как германские племена постепенно становились все сильнее, затем, гонимые гуннами, вторглись в Римскую империю. Некоторые из них исчезли, сгинули в междоусобных войнах, других уничтожили окрепшие римляне. Какие-то племена были поглощены новыми волнами завоевателей. В итоге сохраниться сумело только одно племя, превосходившее всех и в военном, и в культурном аспекте. Это были франки, образовавшие Франкскую империю.
Мы наблюдали, как при франках Европа погрузилась во тьму, но потом забрезжил слабый свет. Стала зарождаться новая европейская цивилизация.
Зачатки этой цивилизации, к счастью, не исчезли, подобно прекрасным начинаниям эпохи Карла Великого. С каждым годом, с каждым десятилетием мир менялся. И остановить изменения было уже невозможно. Набирала силу молодая прекрасная цивилизация — западная цивилизация.
Которая существует до сих пор — и, мы надеемся, никогда не исчезнет.
![Книги. Глава 10. Тьма отступает. Темные века. Раннее Средневековье в хаосе войн.](Tyemnyye-vyeka-Rannyeye-Sryednyevyekovjjye-v-khaosye-voyin-40.jpg)