Темные века. Раннее Средневековье в хаосе войн.
Награда Пипина.
У Карла Мартелла было два сына, между которыми он разделил Франкское королевство. И сделал это так, будто бы его дети были наследными принцами. Это впечатление усиливалось еще больше оттого, что трон Меровингов пустовал уже четыре года.
Старший сын Мартелла, Карломан, был мажордомом Австразии, младший, Пипин, — Нейстрии. Чтобы не спутать этого Пипина с другими, например Пипином Ланденским или Пипином Геристальским, хронисты назвали его Пипином III Коротким, скорее всего, за его невысокий рост.
Однако невысокий рост не мешал Пипину Короткому быть исключительно деятельным человеком. Пипину Короткому удалось с большой пользой устроить междоусобную войну, в которой он весьма преуспел. Не меньше он преуспел в психологической войне.
Карл Мартелл в течение всего правления был застрахован от любых посягательств на свою власть со стороны Меровингов. Его сыновьям пришлось начинать все сначала.
В 742 году братья нашли молодого принца из династии Меровингов. Этот человек был сыном короля, правившего лет за двадцать до описываемых событий. Сыновья Мартелла короновали принца под именем Хильдерик III. Теперь все свои указы они издавали от его имени. Таким образом, пресловутая законность престолонаследия была опять соблюдена. Политические соперники братьев не могли упрекнуть их в самозванстве, отчего их позиции сильно ослабли бы.
Справедливости ради необходимо сказать, что законный король известен в истории под именем Хильдерик Глупый. Вполне возможно, что это прозвище как нельзя лучше говорит о его способностях, хотя его способности никакого значения для управления государством не имели. Законность престолонаследия была лишь удобным прикрытием для мажордомов. Личность короля никого не интересовала.
Получив в лице законного короля большое преимущество, братья в конце концов одержали верх над своими противниками. После этого, в 747 году, старший брат, Карломан, удаляется в монастырь. Карломан слыл очень набожным человеком, и его поступок, видимо, продиктован искренним желанием отдаться служению Богу. Пипин был более удачлив в политических делах, к которым имел немалые таланты. Эти таланты он с успехом применил, воспользовавшись уходом своего брата из светской жизни. Теперь Пипин управлял всем Франкским королевством. В конце концов он почувствовал, что совершенно не нуждается в короле-марионетке из династии Меровингов. Деятельному и решительному мажордому было совершенно не по нраву, что на троне восседала витающая в облаках бездарность, при которой он играл роль первого придворного.
Что делать? Карл Мартелл решил этот вопрос просто: на троне сидел король, который ничего не делал, а когда тот умер, мажордом и не подумал озаботиться тем, чтобы посадить на трон наследника. В случае с Пипином дело осложнялось тем, что король здравствовал и умирать не собирался. Его, конечно, можно было убить или свергнуть, но Пипин, как тонкий политик, понимал, что такой шаг чреват новой междоусобицей.
Поэтому ему требовался иной способ решения возникшей проблемы. В конце концов он понял, что любой закон или правило можно отменить, если оно входит в противоречие с Божьей волей. Кто же может провозгласить Божью волю? В западном христианстве существует только один человек, который способен говорить от имени Бога. И этот человек — папа. Поэтому Пипин обратил свой взор по другую сторону Альп, в Италию. Естественно, сотрудничество с папой сулило ему немалые перспективы. Кроме того, во времена правления его отца папа дважды униженно просил о помощи. Помощь конечно же не оказывалась безвозмездно.
А в это время в Италии все складывалось на руку Пипину. После смерти Лютпранда, в 744 году, давление ломбардцев на папу ослабло. Ломбардцам было не до папы — они боролись за королевский трон. Однако в 749 году борьба закончилась, и на трон взошел Айстульф, который происходил из иного рода, чем Лютпранд. Айстульф начал с того, что вновь повел агрессивную политику по отношению к своим соседям. Было ясно, что долго папе не продержаться.
Сначала Айстульф напал на имперские войска в Италии, и все вернулось на круги своя. В 751 году Айстульф изгнал экзарха и осадил Равенну, сделав то же, что и Лютпранд лет за двадцать до него. На этот раз Равеннскому экзархату действительно пришел конец. Византия ослабла и более не могла владеть землями в Италии.
Три с половиной столетия Равенна была столицей. Она стала столицей Западной Римской империи еще в те времена, когда Аларих во главе вестготов маршировал по направлению к Риму. Здесь царствовали Одоакр и Теодорих Великий. Когда Юстиниан отвоевал Италию, в Равенне правил Нарсес. А после него целая череда экзархов. Теперь слава Равенны окончилась навсегда. Государство, продолжавшее именовать себя Римской империей, более не владело землями в Центральной Италии.
Но не все завоевания Велисария были потеряны. У самого носка итальянского «сапога», на юге страны, оставался остров Сицилия. И этот остров принадлежал Византии. Города Венеция и Неаполь считали выгодным подчиняться империи. Тем не менее, остальная часть итальянского «сапога» принадлежала ломбардцам.
Захарий наблюдал за успехами Айстульфа с мрачными предчувствиями. Он вновь начал задумываться о франках как о союзниках. Впрочем, у него не было другого выбора.
Пипин думал о папе и Божьей воле, папа думал о спасении и военной помощи, и все, что им было нужно, — это найти способ связаться друг с другом. И этот способ быстро нашелся. Карломан, старший брат Пипина и бывший король, жил в монастыре бенедиктинцев, в Монте-Кассино. Он оказался великолепным посредником между папой и своим братом. Папа принял Карломана, и они обо всем договорились.
И папа, и Пипин были нужны друг другу как воздух. Хильдерик III Глупый, последний король из династии Меровингов, мог перестать быть законным королем, если бы папа сказал, что он более не является им. Ломбардцы перестали бы угрожать папе, если бы с тыла по ним ударили превосходящие силы франков. В этом прекрасном плане одно звено цепи было неразрывно связано с другим. Поэтому королевский посланник быстро договорился с Захарием. Теперь дело было за малым: осуществить задуманное официальным путем.
Поэтому в 751 году, когда Айстульф осаждал Равенну, из Суассона в Рим отправилось официальное посольство. Королевские послы собирались задать папе всего два вопроса: справедливо ли, что человек, у которого нет никакой власти, зовется королем? можно ли передать этот титул тому, кто действительно управляет государством?
Папа ответил, соблюдая все подобающие церемонии, что по праву королевский титул должен носить человек, который имеет королевскую власть.
Послы вернулись и передали ответ папы Пипину. После этого Хильдерик III Глупый, потомок Хлодвига в девятнадцатом поколении, был лишен трона. Его длинные волосы — отличительная черта всех королей Меровингов — остригли, а самого бывшего короля сослали в монастырь, где он в конце концов и умер. Его смерть прошла незамеченной. Никто не оплакивал бывшего короля. Так закончилось правление Меровингов, продолжавшееся двести семьдесят лет, с тех пор как на трон взошел первый из них — Хлодвиг. Правление этой династией начинал решительный и жестокий человек, а окончил ни к чему не способный лентяй, прозванный Глупым.
В январе 752 года франкские нобили собрались в Суассоне, чтобы выбрать королем Пипина, первого короля династии Каролингов. Пипин получил долгожданную награду, но ему пришлось заплатить за нее. Приветственные крики нобилей и появление нового короля Пипина — все это было лишь лицевой стороной медали. А обратной стороной было то, что коронация осуществлялась как религиозная церемония. Пипин стал королем «по воле Божьей».
Говоря другими словами, Пипину пришлось признать, что право решать, быть или не быть императором, принадлежит папе. Позволив папе один раз воспользоваться этим правом, Пипин обрек всех средневековых королей на зависимость от его воли. Позднее эта зависимость стала в средневековой Европе предметом больших споров и разногласий.