Русская поэзия начала ХХ века (Дооктябрьский период).

ИЗ КНИГИ СТИХОВ «АНАНАСЫ В ШАМПАНСКОМ». (1915).

Из цикла «Розирис».

Увертюра.

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Удивительно вкусно, искристо и остро! Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском! Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!
Стрекот аэропланов! Беги автомобилей! Ветро́просвист экспрессов! Крылолёт буеров! Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили! Ананасы в шампанском — это пульс вечеров!
В группе девушек нервных, в остром обществе дамском Я трагедию жизни претворю в грезофарс… Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Из Москвы — в Нагасаки! Из Нью-Йорка — на Марс!

Январь 1915.

На Островах[330].

[330].
В ландо[331] моторном, в ландо шикарном Я проезжаю по Островам, Пьянея встречным лицом вульгарным Среди дам просто и — «этих» дам.
Ах, в каждой «фее» искал я фею Когда-то раньше. Теперь не то. Но отчего же я огневею, Когда мелькает вблизи манто?
Как безответно! Как безвопросно! Как гривуазно[332]! Но всюду — боль! В аллеях сорно, в куртинах росно, И в каждом франте жив Рокамболь[333].
И что тут прелесть? И что тут мерзость? Бесстыж и скорбен ночной пуант. Кому бы бросить наглее дерзость? Кому бы нежно поправить бант?

Май 1911.

Она критикует.

— Нет, положительно, искусство измельчало, Не смейте спорить, граф, упрямый человек! По пунктам разберем, и с самого начала; Начнем с поэзии: она полна калек. Хотя бы Фофанов[334]: пропойца и бродяга, А критика ему дала поэта роль… Поэт! Хорош поэт… ходячая малага!.. И в жилах у него не кровь, а алкоголь. Как вы сказали, граф? До пьянства нет нам дела? И что критиковать мы можем только труд? Так знайте ж, книг его я даже не смотрела: Неинтересно мне!.. Тем более что тут Навряд ли вы нашли б занятные сюжеты, Изысканных людей привычки, нравы, вкус, Блестящие балы, алмазы, эполеты, — О, я убеждена, что пишет он «en russe»[335] Естественно, что нам, взращенным на Шекспире, Аристократам мысли, чувства и идей, Неинтересен он, бряцающий на лире Руками пьяными, безвольный раб страстей. Ах, да не спорьте вы! Поэзией кабацкой Не увлекусь я, граф, нет, тысячу раз нет! Талантливым не может быть поэт С фамилией — pardon![336] — такой… дурацкой. И как одет! Mon Dieu![337] Он прямо хулиган!.. Вчера мы с Полем ехали по парку, Плетется он навстречу — грязен, пьян; Кого же воспоет такой мужлан?.. Кухарку?! Смазные сапоги, оборванный тулуп, Какая-то ужасная папаха… Сам говорит с собой… Взгляд страшен, нагл и туп… Поверите? Я чуть не умерла от страха. Не говорите мне: «Он пьет от неудач!» Мне, право, дела нет до истинной причины. И если плачет он, смешон мне этот плач: Сентиментальничать ли создан мужичина Без положенья в обществе, без чина?!

1908.

Из цикла «Незабудки на канавках».

Nocturne[338].

[338].
Месяц гладит камыши Сквозь сирени шалаши… Всё — душа, и ни души.
Всё — мечта, всё — божество, Вечной тайны волшебство, Вечной жизни торжество.
Лес — как сказочный камыш, А камыш — как лес-малыш. Тишь — как жизнь, и жизнь — как тишь.
Колыхается туман — Как мечты моей обман, Как минувшего роман…
Как душиста, хороша Белых яблонь пороша… Ни души, и всё — душа!

Декабрь 1908.