Пером и шпагой.

***

Прибыл в Петербург из армии молодой генерал Петр Иванович Панин и был принят Елизаветою сразу же. Стоял перед ней крепыш, русак в ботфортах, заляпанных еще прусской грязью, прямо с дороги, небритый и чумазый.

— Эй, люди! — похлопала Елизавета в ладоши. — Данте сначала пофриштыкать моему генерал-майору!

— Не нужно, матушка… Дозволь слово едино молвить? Панин приблизился, обдав императрицу запахом лука:

— Измена, матушка… Руби головы, не жалеючи!