ЯРОСЛАВ МУДРЫЙ.

243.

Об этом сообщает Л. Г. Лопатинский. Сам он привел еще одно сказание, в котором якобы фигурирует Редедя — на этот раз в качестве некой женщины-богатырки, также вступающей в поединок с противником. (Лопатинский Л. Г. Редедя // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Т. 12. Тифлис, 1891. Тексты. С. 60–65, 100–101; он же. Мстислав Тмутараканский и Редедя по сказаниям черкесов // Известия Бакинского государственного университета. № 1. Второй полутом. Баку, 1921. С. 23–29.) Однако, как показали последующие исследователи, текст, записанный Лопатинским, не имеет никакого отношения к «Редеде». Он представляет собой вариант черкесской легенды о богатырке Ляшин (Лашын); название же «Редедя», как имя богатырки, попало в предание явно по ошибке — как позднее (под влиянием знакомства с русской летописью) осмысление припевки к кабардинским свадебным песням: «О редадэ махуэ» (или, точнее, «Оури-дада-махо»; смысл этой припевки не вполне ясен). См. об этом: Трубецкой Н. С Редедя на Кавказе // Этнографическое обозрение. 1911. № 1–2. М., 1911. С. 229–238; Турчанинов Г. Ф. Летописный Редедя и черкесское «Редадэ» (К истории одного варианта сказания о Ляшин) // Ученые записки Кабардинского научно-исследовательского института. Т. 2. Нальчик, 1947. С. 237–247.