ЯРОСЛАВ МУДРЫЙ.

340.

ПСРЛ. Т. 1. Стб. 149–150. Появление в летописи ошибочной даты кончины Болеслава — 1030 г. — объясняется исследователями по-разному. А. А. Шахматов полагал, что в ее основе лежало гипотетическое чтение несохранившегося Жития преп. Антония об 11 годах, проведенных в Польше преп. Моисеем Угрином, освобожденным, как известно, после восстания (см. ниже) (в восходящем к Житию Антония Слове о Моисее Угрине из Киево-Печерского патерика читаем: «…в пленении страдав в узах 5 лет, 6-е лето за чистоту» (Патерик. С. 148), что могло восходить к чтению: «…в узах 5 лет, 6 лет за чистоту», т. е. всего 11 лет; ср. Шахматов А. А. Разыскания… С. 262–265). Однако это сомнительно уже потому, что в Слове о Моисее имеется ссылка на летопись, но не наоборот. Кроме того, 11 лет пребывания Моисея в плену дали бы 1029-й, но не 1030 г. его освобождения. На мой взгляд, в основе ошибки летописца лежало смешение двух Болеславов (см. след. прим.). Но учитывая польский источник известия о восстании в Польше после смерти Болеслава (а этот источник прямо называет преп. Нестор, ссылавшийся в Житии преп. Феодосия на «княгиню Изяславлюю», «ляховицу», т. е. на польку Гертруду, супругу князя Изяслава Ярославича), можно предположить ошибку летописца при переводе даты из дионисиевской эры от Рождества Христова — 1038 г. — в константинопольскую эру от Сотворения мира; при этом последние две цифры дионисиевской эры — 38 — могли быть восприняты как последние цифры даты от Сотворения мира — 6538 (1038) г. (ср. также: Кузьмин А. Г. Начальные этапы… С. 249).