ЯРОСЛАВ МУДРЫЙ.

472.

Ктиторская фреска Софийского собора с изображением семьи князя Ярослава сохранилась лишь частично. На южной стене центрального нефа собора находится знаменитая ныне часть фрески, которая в 1935 г., при реставрации собора, была определена как изображение женской половины семьи Ярослава — его дочерей (этот вывод был подтвержден специальной реставрационной комиссией в 1957 г.). На противоположной северной стене центрального нефа в том же 1935 г. были обнаружены еще две фигуры, входящие в состав той же ктиторской композиции, — предположительно, изображающие сыновей князя Ярослава. Центральная же часть композиции, как выяснилось, располагалась на стенном проеме хоров, который был разобран при перестройке собора (от этой части фрески сохранились лишь два небольших фрагмента с изображением краев одежды). О содержании всей (или почти всей) фрески мы можем судить по сохранившейся в библиотеке Академии художеств в Петербурге копии конца XVIII в. с рисунка голландского художника Абрагама ван Вестерфельда, который побывал в Киеве в 1651 г. На рисунке изображены сам князь Ярослав и его супруга Ирина, а также некая фигура мужчины в царственном одеянии с нимбом над головой, предположительно изображающая отца Ярослава князя Владимира Святославича, которому Ярослав подносит модель выстроенного им храма. Как полагают, фигура Владимира появилась на фреске в XVII в., во время реставрации Софийского собора киевским митрополитом Петром Могилой: горячо почитавший святого Владимира и открывший его мощи в Киевской Десятинной церкви, Петр Могила поместил Владимира в центр всей композиции, на то место, где, судя по всему, должны были находиться либо Христос, либо Богородица, которым Ярославу и подобало подносить храм. (См.: Каргер М. К. Портреты Ярослава Мудрого и его семьи в Киевской Софии // Ученые записки ЛГУ. Mb 160. Серия исторических наук. Вып. 20. Л., 1954. С. 142–180; Лазарев В. Н. Групповой портрет семейства Ярослава — в кн.: Лазарев В. Н. Русская средневековая живопись. М., 1970 (впервые в: Византийский временник. Т. 15. М., 1959). С. 27–54.) Впрочем, это не единственное прочтение рисунка Вестерфельда. По-другому полагают, что святой Владимир и святая Ольга могли располагаться по обе стороны от Христа и выполнять роль своего рода небесных посредников между Ярославом и его супругой Ириной и Христом. (См.: Висоцький С. О. Про портрет родини Ярослава Мудрого у Софiйському co6opi у Киевi // Вiсник Киiвського унiверситету. Серiя iсторii та права. 1967. № 8; он же. Светские фрески Софийского собора в Киеве.) При этом, однако, нужно учитывать, что ни Владимир, ни Ольга к середине XI в. еще не были канонизированы, а потому их появление в такой роли на фреске вызывает определенные сомнения.

Портрет семьи Ярослава Мудрого на ктиторской фреске Софийского собора. Реконструкция С. А. Высоцкого (1-й вариант): слева от Христа князь Владимир и князь Ярослав с сыновьями; справа — княгиня Ольга и княгиня Ирина с дочерьми.

Предложенная М. К. Картером и В. Н. Лазаревым и получившая широкое распространение реконструкция фрески Софийского собора (В. Н. Лазарев видит на ней пять дочерей и пять сыновей Ярослава, а также его самого и его супругу) имеет, однако, существенный недостаток. Дело в том, что на копии Вестерфельда Ярослав и его сыновья подходят к Христу слева, а супруга и дочери — справа, что полностью соответствует как византийским принципам построения подобных фресок (на которых император всегда подходит к Христу слева, т. е. под правую, благословляющую руку, а императрица — справа), так и правилам расположения христиан в православном храме (мужчины всегда стоят справа, в южной части храма, а женщины — слева, в северной; о том, что так было и в Киевской Софии, свидетельствует, помимо прочего, расположение женских граффити). (В. Н. Лазарев привел и обратные примеры — см. указ. соч. С. 37, прим. 28, но все они относятся к XIII в.; «на византийских мозаиках, эмалях и изделиях из слоновой кости, — отмечает исследователь, — василевс изображается всегда слева, а василисса — справа».) С. А. Высоцкий (указ. соч.) предложил другую реконструкцию ктиторского портрета: по его мнению, сохранившаяся часть фрески на южной стене центрального нефа собора (известная как портрет дочерей Ярослава) на самом деле изображает мужскую часть семьи, а именно сыновей князя; на северной же стене.

Портрет семьи Ярослава Мудрого на ктиторской фреске Софийского собора. Реконструкция А. В. Поппэ: слева от Христа Ярослав с сыновьями и дочерью; справа — княгиня Ирина с дочерьми.

Изображены не сыновья, а дочери (всего на фреске, по его мнению 13 фигур: Христос Владимир, Ольга, Ярослав, его супруга, четыре сына и четыре дочери). Эта реконструкция получила в последнее время поддержку ряда исследователей. При этом приходится учитывать наблюдение 1. Н. Логвина: во время многочисленных поновлений и реставрации настенной живописи в Софийском соборе в XVII–XX вв изображения настолько пострадали и столько раз переделывались в зависимости от представлений реставраторов, что в настоящее время «стала невозможной достоверная атрибуция изображенных персонажей» (Логвин Г.Н. К истории сооружения Софийского собора в Киеве. С 175–176). А. В. Поппэ, вопреки С. А. Высоцкому, категорически отвергает возможность размещения на фреске Владимира и Ольги однако принимает мнение о том, что слева к Христу должен подходить князь Ярослав; согласно предложенной им реконструкции за Ярославом следуют сыновья и дочь (третья по счету на сохранившейся части фрески) справа же от Христа изображены княгиня Ирина и пять ее дочерей (Рорре A. Kompozycja fundacyjna Sofii Kijowskiej. W poszukiwanu ukladu pierwotnego // Biuletyn historii sztuki. Warszawa, 1968 T. 30 JVo i b. 3–2»), Наконец, Н. Н. Никитенко вообще не считает фреску ктиторскои, но полагает, что на ней запечатлен обряд освящения собора и изображена семья князя Владимира Святославича, а вовсе не Ярослава (Никитенко Н.Н. Княжеский групповой портрет в Софии Киевской… с 237–244).