Клуб неисправимых оптимистов.

* * *

Шерлок приходил в бешенство из-за моих постоянных опозданий: он терпеть не мог дилетантов и пофигистов. Я был не в силах объяснить, что это сильнее меня. «Никаких отговорок, останетесь на три часа после уроков!» Наказания меня мало волновали, пока родители ничего не знали. Если удавалось перехватить письмо из лицея с извещением о наказании, в четверг можно было полдня спокойно предаваться чтению.

Разнос я получил от Сесиль. Мы договорились о встрече у фонтана Медичи, чтобы спокойно побегать в Люксембургском саду. Я стоял на тротуаре напротив входа, ждал, когда переключится светофор, и читал сцену объяснения между Изабеллой Арчер и Гилбертом Осмондом. Шагнув на мостовую, я услышал крик Сесиль:

— Ты что, рехнулся?!

— А в чем дело?

— Кто так переходит улицу?

— Как — так?

— Ты читал! Нормальные люди смотрят налево, потом направо, а ты уткнулся в книгу и чудом не попал под машину — трижды! Один водитель едва успел от тебя увернуться, а ты даже не заметил?

— Не-а…

— Что-то не так, Мишель?

— Со мной все в порядке.

— Издеваешься?

— Да я много лет так живу и, как видишь, пока цел. Только в лицей все время опаздываю. Приходится оставаться после уроков.

— Ты псих!

— Я не один такой. Многие читают на ходу.

— Откуда тебе знать, если ты все время смотришь в книгу? Лично я ни разу не встречала на улице читателей! Их просто нет. Люди иногда проглядывают заголовки газет — но не на ходу! Читать на ходу невозможно. Это чистой воды безумие.

— Я оснащен радаром.

— Поклянись, что больше никогда не будешь так делать!

Великие романисты не раз замечали, что все женщины страстно жаждут определенности. Они хотят быть уверены, требуют обещания, клятвы, обета. Они не оставляют попыток добиться своего, они настаивают, для них это вопрос жизни и смерти, и мужчины в конце концов уступают.

— Как скажешь.

— Поклянись!

— Зачем такие крайности?

— Поклянись! Или мы больше не друзья.

— Клянусь.

Сесиль улыбнулась, и я растаял. Она обняла меня так крепко, как будто я только что спас ей жизнь, но не спросила, что я читаю. Мы сделали четыре круга по Люксембургскому саду, потом Сесиль купила нам по вафле с каштановым кремом. Великие романисты подмечали еще один факт: женщины, конечно, умеют добиваться своего, но мужчины, дав клятву, почти всегда ее нарушают. Дело в том, что они придают обещанию разное значение. История предательства описывается во второй части литературного произведения — если у писателя хватает фантазии и таланта на второй том. Возможно, главная новизна современного романа, зеркала нашей эпохи, заключается в том, что героини тоже могут изменять своим убеждениям, предавать, как это делают мужчины, и становиться одиночками.