Советская поэзия. Том второй.
Научи меня, век… Перевод Б. Окуджавы.
А ведь что-то вершится без моего участья:
Кто-то рождается, настигает кого-то смерть,
Грохочут праздники, тихо вползают несчастья,
Ливни и засуха, оцепененье и смерч,
Раковины на дне океанском мерцанье,
Тонкое пение спутника с высоты…
Где-то тянутся двое друг к другу сердцами,
Благоухают в лугах на рассвете цветы…
От улыбки — до ярости, от рассвета — до ночи,
От хребтов голубых — до бездонного дна своего
Мир бескрайний раскинулся. Он поет и грохочет.
Как бы мне охватить целиком, безраздельно, его?
Как осмыслить все это, связать эти пестрые части?
Научи меня, век, и своим озареньем коснись…
В мире что-то вершится без моего участья.
Вот поди ж ты не мучайся,
Вот попробуй-ка тут отмахнись!
