Советская поэзия. Том второй.
Поэзия. Перевод Б. Окуджавы.
Что бы там ни твердили,
Я себя твоим сыном считаю.
С этой гордою верой по белому свету шагаю.
С детства жил сиротой. Доброты мое детство искало.
Я к тебе потянулся — и ты моей матерью стала.
И тебе я поведал надежды свои и печали.
Ты одна не смеялась, одна не пожала плечами.
Так спасибо тебе, что не бросила, не позабыла:
В нас с тобою, наверное, поровну горечи было.
Так спасибо тебе, мне теперь не вернуться обратно.
Как измерить твою доброту? Ведь она необъятна.
Нет, неведома жалость тебе. Это боль и горенье.
Многим плакать пришлось, пред тобою упав на колени.
Выпадала у многих из рук твоя горькая чаша…
О владычица добрая,
Грозная-грозная
Наша!
Вот кружится твой свет над Чаргали,
Над Темзой,
Невою,
Весь пронизанный мудростью,
Свежестью и синевою.
Только горе поэту,
Что оставлен любовью твоею.
Я любую измену снесу, но твою — не сумею.
Так гори мне, гори, чтоб с тобой до скончания века,
Чтобы правду я смог донести до души человека.
