Советская поэзия. Том второй.

Дожди.

В моей родительской глуши, Заночевав среди соломы, Стучат, Стучат, Стучат дожди О ставни, словно почтальоны.
Я берегу тоску избы Который год неотвратимо По круглому комочку дыма, Что выкатился из трубы. Она еще жива, изба, Не зря ведь тычется спросонок В глухую ставень, как теленок, Лучом Упавшая звезда…
Я берегу тоску избы И в памяти, И в каждой строчке! Туда, как пестрые столбы, Бегут года поодиночке!
Я жду, что вот за много лет В избе, куда стучится дождик, Распустится однажды свет И задрожит вдруг, как листочек!
О тяга в дальние места, Нам даль сверкнет — и станет тускло! У каждого своя изба, Куда не суждено вернуться…
И все ж захолодит от стуж, И так потянет тебя в глушь, Где в изморози, как в пуху Цыплячьем, Средь тиши и света, Прижавшись тесно к лопуху, С росою высыхает лето.
Немало нас, что от своей Избы, Прислушиваясь к веку, От дальних дней и от дождей Разъехались по белу свету! Сны высыпали, как грибы, В глаза — и стало все не просто, Что ходит мать лишь От избы Тебя встречать до перекрестка.
Остановите, поезда, Возле нее свои вагоны. Стоит село. Стоит изба. Стучат дожди, как почтальоны.

1967.