Советская поэзия. Том второй.
«Я, помню, был тогда беспечным малым…». Перевод М. Луконина.
Я, помню, был тогда беспечным малым,
Степей не понимал я до поры.
Томило солнце жаром небывалым
Родного края травы и бугры.
На облака глядел из юрты старой,
Той ночью звезды в очаге цвели,
А я лежал, смотрел на лунный шар я,
Крикун, счастливец, баловень семьи.
За волосы потеребив, к рассвету
Меня поднял тургайский ветерок.
И я пошел, пошел —
Привала нету.
Путь неизвестен, и неведом срок.
Видать, в ходьбе тогда и возмужал я,
В кирзовые обулся сапоги.
И услыхал вдали размах пожара
И материнский голос: «Помоги!»
Надвинулась зима, крутила люто,
Разрывы бомб аукались в виске.
В запасе у солдата есть минута
И неприкосновенный клад в мешке.
Мы из оружья делали постели,
Друзьям безмолвным в верности клялись,
В сыром лесу о Щорсе песни пели, —
Нам песни эти по душе пришлись.
В душе солдатской силы жаркой много
Я умирал и поднимался вдруг.
От пули прервалась моя дорога,
Добрался до Берлина верный друг.
Как буерак степной — неровен, долог,
Так на руке, на левой, — шрам немой,
А в правой,
Словно огненный осколок,
Все рыщет карандаш бессонный мой.
