Советская поэзия. Том второй.

Из цикла «Пятнадцать песен».

«Я слышал однажды в бурятской степи…».

Я слышал однажды в бурятской степи Песню не песню, стихи не стихи. Тихо качаясь на черном коне, Старый бурят напевал мне:
— Этой земли высока трава, Над этой травой высока синева Но ты, мой друг, Не забудь одного: Народ — он вечно превыше всего!
Я столько уже по земле хожу. Весь мир обойти я готов! Какие мысли — узнать я хочу — Скрыты в головках цветов. Мелодии листьев и птичьи песни Звучат и владеют мной, И пьяный я от запаха ая-ганга — Травы хмельной.
— А можно ли вечно жить? — я спросил Старика настойчиво и тревожно. Старец трубку свою погасил И тихо ответил: — Можно… Запомни, парень, советы мои — Добром отвечай на добро земли. И станешь жить, как советую я, — Не будет жизнь быстротечна. Тело твое не запросит земля, И будешь ты жить вечно…

«Камушек в речку кидаю…».

Камушек в речку кидаю… Она Звенит, твои ноги целуя. Речка искусно, словно струна, Натянута вдоль Шибертуя. Зайди в эту ясную воду босая, На волны ее цветы бросая, И спой… Пусть песенки этой слова Плывут, как плывут цветы и трава, Мимо лесов и мимо скал, Мимо степей, среди гор зажатых, В Хилок, в Селенгу, а потом в Байкал, Где скрыта душа бурята. Тайге, где сплетенья легенд и ветвей, Полям, где владенья перепела, Каждое слово песни твоей Речкою будет передано.
Да, музыкальные реки у нас! Давайте споем же прямо сейчас, Чтоб слышалась песня издалека, Звонкая, словно эта река!