Советская поэзия. Том второй.
1.
Я представляю это так:
Лет сто тому назад
Под всадником споткнулся конь, подкова зазвенела,
И пыль взлетела, и, дрожа, взглянул во тьму бурят:
В полночной тьме сосна пред ним какая-то синела.
Сосна?… Наверно, неспроста споткнулся вороной.
И ворон неспроста, видать, кричал во мраке.
И всадник вытащил тогда сосуд берестяной
И ровно на десять сторон плеснул хмельной араки.
Еще с рожденья знал степняк, что духов гнев жесток,
Что если вдруг споткнулся конь —
Того и жди прорухи…
Он привязал к ветвям сосны поярче лоскуток,
Чтоб подобрели наконец разгневанные духи.
С тех пор прославилась сосна
Как темных сил жилье.
И, одинокая, она жила в степи сожженной.
И всяк поярче лоскуток цеплял к ветвям ее,
И каждый голову склонял пред нею униженно.
А дождь хлестал, и сыпал снег, и наползал туман,
И у соснового ствола,
Вертлявый, словно дьявол,
В тарелки медные гремел и бушевал шаман,
И сам грозил, и сам рядил, и сам судил и правил.
