Западноевропейская поэзия ХХ века.

«В юдоли детства, снова обретенной…».

В юдоли детства, снова обретенной, В селении, где все сердца мертвы, Где ровный стук сердец как заведенный, Где шорох крыл шумит: они мертвы, Где рокот вод речет: они мертвы, Я — в зыби времени — больной и сонный. Плывут любви потоки огневые Из недр огромных глаз в печали сонной — В юдоли детства, снова обретенной… — А день роняет дождь над пустотой.

Как мягок взор, угаснувший навеки. Как странно: ты смогла меня узнать — Мерцали серафические веки, Смеющиеся, голубые веки, И в бликах тьмы блуждали света реки; И ты, которой неоткуда знать Мое лицо страдальца и калеки, Ты, зыбкая, смогла меня узнать, Ты, воплощенье неги в человеке, — Огромные, как ночь, твои мерцали веки… — А день роняет дождь над пустотой.

Я слышу хора мощный унисон — Откуда этих древних звуков груда? Печальница, ты совершаешь чудо: Наполнен ими доверху мой сон. В какой листве, шуршащей в унисон, В какой тиши услышу я, откуда Возьму я снова этих звуков чудо, Как светоч озаряющее сон? — А день роняет дождь над пустотой.