Западноевропейская поэзия ХХ века.

И было первой каплей дождевой убито наше золотое лето Намокли все слова чье лоно прежде само рождало звездный блеск Все те слова намокли у которых была единственная цель — Твоя душа! Куда теперь мы будем руки простирать когда пренебрегает Нами время На чем теперь мы остановим взор когда туманные изгибы дальних Линий попали в катастрофу среди туч Теперь когда На всех пейзажах наших закрылись навсегда Твои ресницы И мы — как будто нас туман заполнил — Живем в своем пронзительном сиротстве и в окружении Твоих портретов мертвых. Прильнув челом к туманному стеклу нет мы не умираем В новой скорби И нас не смерть убьет — ведь ты не тлен ты существуешь Вечно и во всем Ведь существует вечно ветер свежий который сам в тебя вдыхает Жизнь тебя вблизи он одевает точно так же Как наша вечная надежда одевает тебя издалека Ведь существует где-то Зеленая равнина что простерлась — от смеха твоего До солнца в небе До солнца — и ему твой смех вверяет тайну что мы с Тобою Встретимся опять Нет нет не смерть повисла перед нами А лишь малюсенькая капелька дождя Осеннего дождя — всего и только Лишь чувство смутное Сырой земли дыханье в наших душах которые уходят вечно вдаль И если не в моей твоя рука И если кровь моя течет не в жилах твоей мечты — Свет в чистом небе И музыка незримая поет в нас О! печальная Союзница всего что держит нас еще в угрюмой жизни мира Да! влажный ветер осень час разлуки Горчайший способ опереться локтем о светлое воспоминанье Которое всплывает в час когда стремится полночь нас от света отлучить За тем окном квадратным и глядящим лишь в сторону Одной великой скорби За тем окном — оно не видит ничего Поскольку стали музыкою пламя незримое в камине и удар Больших часов на каменной стене И вот уже стихотвореньем стали одна строка с Другой и звук перекликающийся с каплей Осеннего дождя и со слезами и со словами И со словами не такими как другие а с теми у которых есть одна Единственная цель — Твоя душа!