Западноевропейская поэзия ХХ века.

ПАМЯТИ ЙЕЙТСА. (Скончался в январе 1939 года). Перевод А. Эппеля.

I.

Он исчез в тусклой стуже: Оцепенели реки, опустели аэропорты, Снег исказил статуи, Ртуть падала во рту блекнувшего дня. О, вся метеорология согласна — День этой смерти был тусклым холодным днем.
Далеко от его умиранья Волки продолжали бегать по лесам. Сельскую речку не обольстили тонные парапеты. Глаголы траура Не пустили в строки смерть.
А для него был последний полдень самого себя, Полдень санитарок и шепотов; Окраины тела взбунтовались, Перекрестки разума пустовали, Предместья обезголосило молчанье, Родники чувств иссякли; Он воплотился в своих почитателей.
И вот, разбросанный по сотням городов, Он без остатка отдан незнакомым чувствам, Дабы обрести счастье в иных лесах И расплачиваться по законам чужой совести. Слова умершего Пресуществляются в живущем.
Но в значительном и галдящем завтра, Где рычит биржевик, А бедняк притерпелся к бедности, И в одиночке своего «я» всякий почти убежден В собственной свободе, Несколько тысяч не забудут этот день, Как не забываешь день, в который совершил необычное. О, вся метеорология согласна — День этой смерти был тусклым холодным днем.

II.

Ты глупым был, как все; всё пережил твой дар: Тщету богатых женщин, тебя, твое старенье, Тебя до стихотворства довела безумная Ирландия. Сейчас в Ирландии бред и погода те же — Поэзия ничто не изменяет, поэзия живет В долинах слов своих; практические люди Ею не озабочены; течет на юг, чиста, Она от ранчо одиночеств и печалей До стылых городов, где веруем и умираем мы, и выживает Сама — событье и сама — уста.

III.

Отворяй врата, погост, — Вильям Йейтс — почетный гость! Бесстиховно в твой приют Лег Ирландии сосуд.
Время, коему претит Смелых и невинных вид, Краткий положив предел Совершенству в мире тел,
Речь боготворя, простит Тех лишь, в ком себя же длит; Трус ли, гордый ли — у ног Полагает им венок.
Время, коим был взращен Редьярд Киплинг[32] и прощен — И Клоделю[33] все простит, Ибо слог боготворит.
Лают в европейский мрак Своры тамошних собак, Всякий сущий там народ Злобу сеет — горе жнет.
Объявляет каждый взор Свой мыслительный позор. Реки жалости в слезах Заморожены в глазах.
Пой, поэт, с тобой, поэт, В бездну ночи сходит свет. Голос дерзко возвышай, Утверди и утешай.
Обрабатывая стих, Пой злосчастья малых сих, Пестуй на проклятье их Вертоград в строках своих.
Пусть иссохшие сердца Напоит родник творца, Ты в темнице их же дней Обучай хвале людей.