Европейская поэзия XIX века.

ДОЧЬ СЛАВЫ. (Фрагменты из поэмы).

Вдали, на фоне меркнущих небес, Еще он виден, — домик при дороге. Последний поцелуй… Несите, ноги. Скорей, скорей, тоске наперерез!

Прощайте навсегда, края чудес! Здесь ожидало счастье на пороге… Еще минута… Оглянусь в тревоге, А дома нет! Ах, дом из глаз исчез!

Прочь, прочь отсюда! Не гляди назад! Пусть ветер гор печаль твою остудит! Пусть птицы пеньем душу оглушат!..

Себя возьму я в руки по-мужски. Но есть ли сердце, что меня осудит За взгляд еще один, за взгляд тоски?!

Славяне, братья милые славяне! Вы любите кровавый спор да брани — Скажите мне: какой в тех бранях прок? Возьмем от кучи угольев урок:

В одну семью съединены заране, Они горят и блещут на тагане И кверху искры мечут в потолок; Но что ж один бы сделал уголек?

Соединимся ж все мы без изъятья: Серб, русский, чех, болгар, поляк, Один к другому кинемся в объятья —

Одна хоругвь, один да будет стяг; Забудем все, что было, будем братья — И дрогнет супротивный враг!

Сто долгих лет изменят нас, славяне, Изменят лик всего материка, Славянство, как весенняя река, Движенья своего раздвинет грани.

Германцы презирают наши знанья, И наша речь им кажется низка, А ей звучать везде, на все века В устах людей, ее хуливших ране.

Войдут, проникнув в жизнь далеких стран, Науки наши, музыка и пенье, Их будут знать на Лабе и на Сене,

Им будет путь во все пределы дан. О, если бы воскреснуть на мгновенье В час торжества великого славян!

В желтый цвет окрасились вершины, Тишина течет с пустых полян, В голых ветках свищет ураган, На домах — разводы паутины,

По дороге длинной аистиной Август улетел из наших стран, И старик Дунай несет в туман Листья жухлые, цветы и льдины.

Но недолго траурным покровом Будет плоть земли омрачена — Возвратится май в цветенье новом.

Только мне не ведать воскресений — Без любимой умерла весна, Жизнь моя — извечный день осенний.

Здесь под липой[328] навевал мне сны Ангел детства колыбельной сладкой, Здесь играл я и сидел с тетрадкой,— Золотые дни моей весны!

Здесь мужал. Мы были влюблены. Славы дочь встречал я здесь украдкой. Но любовь была такою краткой! Мы простились, мы разлучены.

Мне под липой музы лиру дали, И с ветвей сонет сонету вслед, Словно листья, мне на грудь слетали.

Здесь меня под липой схороните. Мрамора не требует поэт,— Сенью Славы прах мой осените!