Европейская поэзия XIX века.
НЕ БУДЕТ УГНЕТЕННЫХ И ЗАБИТЫХ[350]. Перевод Ю. Вронского.
[350].Eser zsibbadt vagyboll mert nem lesz,
Vegiil egy eros akarat,
Hiszen magyar, olah, szlav banat.
Mindigre egy banat marad[351].
Ади[352].
Ты прав, герольд грядущего: нам нужно
Скорей желанья наши слить в одно
Великое и грозное желанье.
Сегодня все мы жалуемся дружно,
Но завтра, может быть, уж не стенанье,
А счастье будет нам судьбой дано.
Да, для беды слова у всех иные,
Сама ж беда у всех у нас одна.
И раз она, племен не различая,
Как жерновом, согнула наши выи,
То верою одной судьба лихая
Соединить нас разве не должна?
Мы все стенаем в горьком исступленье,
Мы все взыскуем радостных долин. —
Объединимся же в единой воле,
Объединимся в жажде искупленья,
Восстанем против этой жалкой доли…
Народ земли, страданий исполин!
Мы здания опора и основа,
Не мостовая, как кричит лакей,
Господский прихлебатель, сын Иудин.
Мы пчелы, мы не трогаем чужого,
И раз ты мед носить не хочешь, трутень,
Так издыхай же с голоду скорей!
Мы стены башни, тянущейся в небо,
Мы судно, что в Колхиду держит путь,
Мы рычаги извечного стремленья.
А где же мзда, где наша доля хлеба,
Где право на духовное горенье?
Мы их возьмем, с пути нас не свернуть!
И это слово колоколом гулким
Должно однажды сотрясти оплот
Корысти, злобы, эгоизма, спеси.
Оно дойдет в любые закоулки.
И солнце правды города и веси —
Всю землю светом радостным зальет!
Не будет «угнетенных и забитых»,
И долг и право встанут наравне.
Лишь тот, кто для людей придет трудиться,
Из-за стола наград уйдет средь сытых.
И языки народов, словно птицы,
Оповестят отчизну о весне!
