Европейская поэзия XIX века.

ПОГРЕБЕНИЕ КАПИТАНА МАЙЗНЕРА[242]. Перевод М. Зенкевича.

[242].
Пришли — убогий гроб взять из больницы, Чтоб кинуть в яму с нищими другими. Над ним не может мать в слезах склониться, И над холмом сиять не будет имя! Вчера он был и молодой и сильный, А завтра не найти — где прах могильный.
Хотя б солдаты песню спели хором И был с ним рядом знак восстанья дерзкий, Тот самый карабин его, в котором Еще дымится выстрел бельведерский[243], Хотя б сразила пуля или шашка,— Нет! — лишь в больнице койка да рубашка!
Подумал ли он в ночь ту голубую, Когда с оружьем Польша вся восстала, А он у кармелитов ждал[244], тоскуя, И весть о воскресенье заблистала, Когда ружье взял, к сердцу прижимая,— Он думал ли, что смерть придет такая!
Привратник алчный вышел, и с ним были, Как стражи мертвых, страшные старухи, Вход в дом призрения они открыли, И провели нас, и спросили глухо: «Признаете ли брата, что жил с вами В греховном мире? Вот смотрите сами!»
Взглянули — на больничном покрывале Нож мясников посмертных кровь оставил, Глаза открытые свет отражали, Но вдаль от нас он мертвый взор уставил. Просили гроб закрыть, признали брата, Соратником он нашим был когда-то.
«Где похоронят?» — юноша смущенный Спросил у ведьм мертвецкой преисподней. Ответила карга: «На освященной Земле, мы там по милости господней Хороним бедняков в огромной яме, В могиле братской, — гроб на гроб рядами».
Но юноша, в святую дружбу веря, Дал золотой, хоть ведьма не просила, Сказал: «Над ним пропойте „Miserere“[245], Пусть будет крест отдельный и могила». Молчали скорбно, а на цинк тарелки Монеты сыпались и слез дождь мелкий.
Пусть будет холм над ним, и пусть в день Судный Он скажет то, что крест вещает свято: Он капитаном был, на подвиг трудный Не раз водил бесстрашно полк девятый, Он долг отчизне отдал в дни восстанья, А холм и крест над ним — дар подаянья.
О боже! Ты с небес мечами молний Разишь защитников злосчастной Польши, Внемли мольбе над прахом в тьме безмолвной, В день нашей смерти дай нам света больше! Пусть вспыхнет солнце и над нашим краем, Пусть все увидят, как мы умираем!
Париж, 30 Октября 1841 Г.